27.—1916 года января 27-го дня. Прошеніе повѣреннаго Бронислава Собанскаго, присяжнаго повѣреннаго Бродскаго, объ отмѣнѣ рѣшенія Одесской судебной палаты по иску Мордки Глузмана, въ права котораго вступила Двойра Фельдманъ, къ довѣрителю просителя о 3500 р. по обязательствамъ.
(Предсѣдательствовалъ сенаторъ В. Я. Фуксъ; докладывалъ дѣло сенаторъ баронъ А. М. Нолькинъ; заключеніе по дѣлу давалъ товарищъ оберъ-прокурора Н. І. Бергъ).
Разсмотрѣвъ означенную жалобу и выслушавъ заключеніе товарища оберъ-прокурора, Правительствующій Сенатъ находитъ: 1) что судебная палата установила, что положенные въ основаніе иска два векселя выданы были Брониславомъ Собанскимъ въ видѣ бланковъ, препровожденныхъ имъ при письмѣ отъ 11 октября 1903 г. къ брату его Адаму Собанскому, который и заполнилъ ихъ текстомъ, предъявилъ ихъ къ протесту и затѣмъ передалъ ихъ по надписи; 2) что Брониславъ Собанскій защищался противъ иска, между прочимъ, заявленіемъ спора о подлогѣ съ прямымъ въ ономъ обвиненіемъ Адама Собанскаго, который, однако, приговоромъ уголовнаго суда былъ оправданъ; 3) что въ дальнѣйшемъ производствѣ дѣла отвѣтчикъ Собанскій настаивалъ на изслѣдованіи подлинности подписей его на актахъ, предъявленныхъ ко взысканію, чрезъ свѣдущихъ людей, но судебная палата въ производствѣ экспертизы отказала, признавъ подлинность подписей установленною тѣмъ, что вексельные бланки препровождались при вышеупомянутомъ письмѣ отвѣтчика, подлинность котораго находится внѣ спора; 4) что это заключеніе судебной палаты относится къ существу дѣла, не подлежащему кассационной повѣркѣ (ст. 5 учр. суд. уст.; ст. 11 уст. гражд. суд.), въ виду чего указаніе просителя на нарушеніе судебною палатою ст. 565 уст. гражд. суд. тѣмъ, что она не изслѣдовала надлежащимъ образомъ подлинность подписей на актахъ, уваженія не заслуживаетъ, ибо судебная палата, установивъ по имѣющимся въ дѣлѣ даннымъ подлинность подписей, не обязана была (ст. 366¹ уст. гражд. суд.) провѣрить еще и посредствомъ свѣдущихъ людей такое обстоятельство, которое, по ея заключенію, также относящемуся къ фактической сторонѣ дѣла, уже представлялось достаточно разъясненнымъ; 5) что противъ существа исковаго требованія Собанскій защищался тѣмъ, что за недѣйствительностью предъявленныхъ ко взысканію актовъ, какъ векселей, они не сохранили значенія простыхъ долговыхъ обязательствъ, ибо дѣйствующій законъ не допускаетъ совершенія такихъ обязательствъ въ формѣ бланковъ, заполняемыхъ текстомъ самимъ кредиторомъ; 6) что судебная палата, установивъ наличность въ текстѣ означенныхъ актовъ такого недостатка,—а именно неозначеніе мѣста ихъ выдачи,—который лишаетъ ихъ силы векселей (уст. вексел., изд. 1903 г., ст. 3, п. 1, и ст. 14),—однако, не придала этому обстоятельству существеннаго значенія, находя, что „представленные въ основаніе иска документы во всякомъ случаѣ сохраняютъ силу