32.—1913 г. февраля 27-го дня. Прошеніе Анны Фроловой объ отмѣнѣ рѣшенія С.-Петербургской Судебной Палаты по иску просительницы къ Ивану Мартынову о 10.000 руб. по векселю.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ П. А. Юреневъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ А. А. Добровольскій; заключеніе по дѣлу давалъ исп. обяз. Товарища Оберъ-Прокурора В. А. Шеннигъ).
Въ основаніе иска, предъявленнаго 27 октября 1906 года въ Витебскомъ Окружномъ Судѣ крестьянкою Анною Фроловою къ крестьянину Ивану Мартынову, положенъ былъ вексель, выданный отвѣтчикомъ истицѣ 25 февраля 1902 года, на сумму 10.000 руб., въ г. Двинскѣ, срокомъ по 25 февраля 1906 года. Искъ этотъ признанъ былъ отвѣтчикомъ Мартыновымъ правильнымъ, и вслѣдствіе сего Окружный Судъ удовлетворилъ исковыя требованія Фроловой. На это рѣшеніе повѣреннымъ опекуновъ надъ личностью и имуществомъ страдающаго старческимъ слабоуміемъ Ивана Мартынова принесена была, въ порядкѣ 750 ст. Уст. Гр. Суд., апелляціонная жалоба, въ которой онъ ходатайствовалъ объ отмѣнѣ рѣшенія Окружнаго Суда по нижеизлагаемымъ основаніямъ, которые, по заявленію жалобщика, не могли быть въ виду суда первой степени и имѣютъ рѣшающее для дѣла значеніе. Текстъ векселя писанъ рукою мужа истицы, лишеннаго всѣхъ особенныхъ правъ и преимуществъ, Кирилла Фролова, и удостовѣряетъ, что вексель писанъ и подписанъ въ г. Двинскѣ Иваномъ Мартыновымъ 25 февраля 1902 года. Между тѣмъ, приговоромъ Митавскаго Окружнаго Суда, утвержденнаго приговоромъ С.-Петербургской Судебной Палаты, Кириллъ Фроловъ былъ приговоренъ къ отдачѣ въ исправительныя арестантскія отдѣленія на полтора года и началъ отбывать это наказаніе только послѣ 9 марта 1901 года. 25 февраля 1902 года, когда будто бы писался Фроловымъ текстъ векселя, онъ находился въ Рижской тюрьмѣ, почему, по мнѣнію просителя, не могъ писать въ этотъ день въ г. Двинскѣ текстъ векселя, откуда ясно, что текстъ векселя написанъ заднимъ числомъ. Причины же тому слѣдующія. 1 іюня 1907 г. Иванъ Мартыновъ освидѣтельствованъ былъ въ установленномъ порядкѣ въ состояніи его умственныхъ способностей и признанъ страдающимъ старческимъ слабоуміемъ, почему надъ имуществомъ и личностью его была учреждена опека; но яркіе признаки этого слабоумія появились у Мартынова, по крайней мѣрѣ, тремя годами ранѣе оффиціальнаго признанія его лишеннымъ законной правоспособности. Пользуясь слабоуміемъ Мартынова и желая присвоить себѣ его имущество, Анна Фролова и мужъ ея въ 1906 г. поднесли слабоумному Мартынову къ подписанію вексельный бланкъ на 10.000 руб., а затѣмъ—прошеніе въ Окружный Судъ отъ 7 ноября 1906 г. Зная, однако, что Мартыновъ слабоуменъ и объ этомъ всѣмъ извѣстно, Фро-