56.—1910 ГОДА МАРТА 24-ГО ДНЯ. Прошеніе главнаго опекуна состоящей подъ законнымъ прещеніемъ Софіи Рошковской, Ѳаддея Ентыса, и членовъ семейнаго совѣта, Викентія Адамовскаго и Романа Мясковскаго, объ отмѣнѣ опредѣленія Варшавской судебной палаты по жалобѣ Ивана Паплонскаго и Адольфа и Витольда Рошковскихъ на постановленіе семейнаго совѣта.
(Предсѣдательствовалъ сенаторъ П. А. ЮРЕНЕВЪ; докладывалъ дѣло сенаторъ П. Г. МЯКИННЪ; заключеніе по дѣлу давалъ исп. об. товарища оберъ - прокурора Р. Р. ФОНЪ-ТРАНЗЕГЕ).
Семейный совѣтъ по опекѣ надъ состоящею подъ законнымъ прещеніемъ Софьею Рошковскою отказалъ въ просьбѣ ея сыновей, Адольфа и Витольда Рошковскихъ, о принятіи ихъ въ число членовъ сего совѣта взамѣнъ двухъ другихъ лицъ, состоящихъ членами онаго. Варшавскій окружный судъ отмѣнилъ опредѣленіе совѣта и включилъ Рошковскихъ въ число членовъ его съ тѣмъ, чтобы ими были замѣнены два другихъ лица наличнаго состава совѣта по усмотрѣнію послѣдняго. Варшавская судебная палата, основываясь на томъ, что созваніе семейнаго совѣта, какъ первоначальное (ст. 1663 уст. гр. суд.), такъ и послѣдующее, во время существованія опеки лежитъ на обязанности мироваго судьи, что посему и заявленія объ измѣненіи состава семейнаго совѣта могутъ быть обращаемы къ мировому же судьѣ, а не къ самому семейному совѣту, которому закономъ вовсе не предоставлено разрѣшать вопросъ о своемъ же составѣ,—отмѣнила опредѣленіе окружнаго суда и постановленіе семейнаго совѣта.
Поданная на это опредѣленіе кассационная жалоба Ентыса Адамовскаго и Мясковскаго по слѣдующимъ основаніямъ не заслуживаетъ уваженія. I. Указаніе просителей на нарушеніе судебною палатою ст. 331 уст. гр. суд., состоящее въ томъ, что палата, безъ объясненія основаній, отказала въ просьбѣ повѣреннаго Ентыса объ отсрочкѣ засѣданія вслѣдствіе представленныхъ Витольдомъ Рошковскимъ двухъ новыхъ документовъ, опровергается тѣмъ, что судебная палата, не признавая (какъ слѣдуетъ заключить изъ содержанія обжалованнаго опредѣленія) за этими документами (акты о смерти членовъ семейнаго совѣта, Мержеевскаго и Костровицкаго) существеннаго значенія для разрѣшенія настоящаго дѣла, имѣла основаніе оставить эту просьбу повѣреннаго Ентыса безъ удовлетворенія (рѣш. Сен. 1877 г. № 214). II. Хотя участвующія въ дѣлѣ лица не возбуждали вопроса о томъ, что оно не подлежало разрѣшенію семейнаго совѣта, но въ виду того, что этотъ вопросъ входитъ въ сферу интересовъ общественнаго порядка и касается подвѣдомственности по его роду той или иной власти, онъ могъ быть, по примѣненію къ ст. 584 п. 1 уст. гр. суд., возбужденъ самою палатою, а потому въ этомъ ея дѣйствіи, вопреки объясненію просителей, нѣтъ нарушенія ст. 706 уст.