6.—1905 года февраля 9-го дня. Прошеніе повѣреннаго Любови К., присяжнаго повѣреннаго Гладкова, объ отмѣнѣ рѣшенія Варшавской судебной палаты по иску К. къ Александру П. о правѣ собственности на маіоратное имѣніе.
(Предсѣдательствовалъ первоприсутствующій сенаторъ Н. Н. Мясоедовъ; докладывалъ дѣло сенаторъ К. П. Змирловъ; заключеніе давалъ товарищъ оберъ-прокурора Р. Р. фонъ-Транзегъ).
Выслушавъ заключеніе товарища оберъ-прокурора, Правительствующій Сенатъ находитъ, что кассаціонною жалобою, въ связи съ обжалованнымъ рѣшеніемъ и обстоятельствами настоящаго дѣла, возбуждается вопросъ о томъ: принадлежитъ-ли истицѣ, въ виду 789 ст. гражд. кодекса Царства Польскаго, право на наслѣдованіе, когда она въ теченіе 30 лѣтъ со дня открытія наслѣдства не принимала этого наслѣдства ни ясно выраженнымъ, ни безмолвнымъ способомъ (778 ст. гражд. код.)? Судебная палата отказала въ этомъ искѣ, между прочимъ, потому, что истица, за истеченіемъ 30 лѣтъ со дня смерти наслѣдодателя, въ силу 789 и 2262 ст. гражд. кодекса, потеряла самое право на отысканіе наслѣдства, и Правительствующій Сенатъ признаетъ, что въ окончательномъ выводѣ судебная палата правильно разрѣшила вытекающій изъ дѣла вопросъ. Статья 789 гражд. код. постановляетъ, что право принять наслѣдство или отречься отъ него прекращается давностью по истеченіи времени, какое необходимо для потери, силою самой продолжительной давности, правъ, считаемыхъ недвижимыми. Повѣренные истицы въ судебныхъ засѣданіяхъ окружнаго суда, указывая, что, во время смерти наслѣдодателя, ихъ вѣрительница, какъ единственная наслѣдница въ силу самого закона (724 ст. гражд. код.), вступила въ наслѣдственныя права, утверждали, что она не могла потерять этихъ правъ по давности, такъ какъ отвѣтчикъ записанъ въ качествѣ наслѣдника по ипотечнымъ книгамъ лишь въ апрѣлѣ 1869 года, а искъ предъявленъ 15 марта 1899 года, т.-е. до истеченія 30 лѣтъ. Такія объясненія нельзя признать уважительными, такъ какъ они основаны исключительно на буквальномъ толкованіи одной лишь 724 ст., которая устанавливаетъ, что законные наслѣдники вступаютъ, по силѣ самого закона, въ обладаніе имуществами, правами и исками умершаго, принимая на себя и всѣ обремененія наслѣдства. По буквѣ этой статьи, могло бы казаться, что въ ст. 789 идетъ лишь рѣчь о потерѣ со стороны наслѣдника права выбора между принятіемъ и отреченіемъ отъ