60.—1897 года ангела 30-го дня. Прошеніе повѣреннаго солдатской вдовы Вѣры Пискаревой, присяжнаго повѣреннаго Шмакова, объ отмѣнѣ опредѣленія Московской судебной палаты отъ 14 марта 1895 г., по дѣлу объ утвержденіи доктринальницы ею въ правахъ наслѣдства къ имѣнію умершаго купца Ивана Шутина.
(Предсѣдательствовалъ первоприсутствующій сенаторъ П. А. Марковъ; докладывалъ дѣло сенаторъ П. Ф. Студенцовъ; заключеніе давалъ товарищъ оберъ-прокурора А. К. Гожевъ).
Послѣ безпотомно умершаго Ивана Никифорова Шутина, усыновленнаго въ 1874 г. купцу Никифору Петрову Шутину, родная племянница послѣднаго, Вѣра Лаврентьева Пискарева, заявила въ охранительномъ порядкѣ ходатайство объ утвержденіи ея въ правахъ наслѣдства, причемъ объяснила, что усыновитель умеръ и что все-наслѣдственное имущество подарено было имъ при жизни усыновленному. Московская судебная палата ходатайство Пискаревой оставила безъ послѣдствій.
Рассмотрѣвъ принесенную на это опредѣленіе повѣреннымъ Пискаревой нассаціонную жалобу и выслушавъ заключеніе товарища оберъ-прокурора, Правительствующій Сенатъ находитъ, что вопросы о томъ: наслѣдуютъ ли родственники усыновителя въ имуществѣ безпотомно умершаго усыновленнаго и, наоборотъ, послѣдній въ имуществѣ родственниковъ усыновителя, когда при этомъ усыновленіе совершилось (въ 1874 г.) до изданія закона 12 марта 1891 г. (собр. указ. № 32, ст. 352) и усыновитель, какъ въ данномъ случаѣ, принадлежалъ къ купеческому званію,— уже доходили до разсмотрѣнія Правительствующаго Сената и разрѣшены отрицательно (р. 1891 г. № 56, 1892 г. № 31). Состоявшіяся рѣшенія основаны на томъ, что право наслѣдованія принадлежитъ по закону только лицамъ, связанныхъ кровнымъ родствомъ съ наслѣдодателемъ (1111 и др. ст. 1 ч. X т.). Усыновленный вступаетъ въ права родныхъ дѣтей, и слѣдовательно въ отношеніе кровнаго родства, только къ одному усыновителю (151—154 ст. 1 ч. X т. изд. 1887 г.), а не ко всему его роду (1112 ст. 1 ч. X т.). Допущеніе вступать въ отношеніе кровнаго родства чрезъ усыновленіе, помимо рожденія, составляетъ исключеніе изъ общихъ правилъ, а потому не можетъ быть распространяемо далѣе тѣхъ предѣловъ, въ коихъ оно постановлено. Вслѣдствіе сего усыновленный, не состоящій въ отношеніехъ кровнаго родства къ родственникамъ усыновителя, не становится въ эти отношеніе и чрезъ усыновленіе, а потому и не наслѣдуетъ имъ, какъ и они—ему. Означенное толкованіе юридическаго