10.—1890 года февраля 14-го дня. По прошенію присяжнаго повѣреннаго Ксаверія Крысинскаго, по довѣренности Петра Барке, объ отмѣнѣ рѣшенія Варшавской Судебной Палаты 12 января 1887 г. по иску Осипа Заленскаго Ивана и Мроза къ Барке о землѣ.
(Предсѣдательствовалъ за Первоприсутствующаго Сенаторъ Н. П. Талквистъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ Н. А. Юреневъ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Н. И. Барковскій)
Разсмотрѣвъ это дѣло въ предѣлахъ кассационной жалобы, по выслушаніи заключенія Товарища Оберъ-Прокурора Правительствующій Сенатъ находитъ, что Заленскій и Мрозъ предъявили искъ о выселеніи Петра Барке изъ участка земли въ имѣніи Гронды (Ломжинской губ.), проданнаго Мрозу ипотечнымъ собственникомъ сего имѣнія Заленскимъ по ипотечному акту, совершенному въ 1870 г., а Барке просилъ отказать въ этомъ искѣ, ссылаясь на то, что онъ купилъ спорный участокъ земли отъ прежнихъ собственниковъ имѣнія Гронды по словесному договору, заключенному въ 1862 г.; что эти собственники, продавая означенное имѣніе Заленскому, обязали его исполнить этотъ договоръ, что самъ Заленскій призналъ оный предъявленіемъ къ нему, Барке, иска объ уплатѣ покупной цѣны за этотъ участокъ, что о существованіи этого договора было извѣстно и Мрозу какъ изъ содержанія акта продажи ему того-же участка Заленскимъ, такъ и изъ охранительной отмѣтки, внесенной Петромъ Барке въ 1873 году въ ипотечный указатель имѣнія Гронды въ обезпеченіе предъявленнаго имъ къ Заленскому иска о признаніи спорнаго участка земли собственностью Барке, впослѣдствіи времени прекращеннаго. Кромѣ того, Барке указывалъ и на давность своего владѣнія спорною землею и въ подтвержденіе своихъ возраженій ссылался на свидѣтелей. Варшавская Судебная Палата, по разсмотрѣніи этого дѣла, нашла, что въ вызовѣ по иску Заленскаго къ Петру Барке выражена лишь готовность истца совершить формальный актъ продажи отвѣтчику спорнаго участка земли по уплатѣ всей покупной цѣны, но не признанъ переходъ къ отвѣтчику права собственности на это имущество. По закону же (ст. 1, 3, 30 и 31 Ипот. Уст.), сдѣлки о переходѣ права собственности на ипотекованное недвижимое имущество должны быть совершаемы не иначе, какъ нотариальнымъ порядкомъ, и даютъ вещное право лишь по внесеніи ихъ въ ипотечную книгу, а потому словесная сдѣлка, на которую ссылается Барке, давая ему лишь личное право требованія къ лицамъ, съ которыми этотъ договоръ заключенъ, не можетъ устранить вещныя права Заленскаго и Мроза на спорную землю, основанныя на ипотечной гласности. Хотя же, по ст. 33 Ипотеч. Уст., отъ третьихъ лицъ для дѣйствительности ихъ сдѣлокъ съ записаннымъ въ ипотечной книгѣ собственникомъ имѣнія требуется еще и добросовѣстность, т.-е., чтобы они не знали о принадлежности имѣнія на самомъ дѣлѣ не тому лицу, за которымъ оно значится по ипотекѣ, а другому, но это относится только къ такимъ собственникамъ, правосанная которыхъ хотя не внесены, но годны ко внесенію въ ипотечную книгу, между тѣмъ какъ словесный договоръ такимъ правосаннымъ права собственности на ипотекованное недвижимое имущество служитъ не можетъ, а затѣмъ и ссылка Барке на свидѣтелей не заслуживаетъ уваженія. Въ связи съ этимъ положеніемъ находится и ст. 123 Ип. Уст., по которой относительно правъ, обезпеченныхъ ипотекою, давность не имѣетъ дѣйствія. Посему Палата признала искъ Заленскаго и Мроза подлежащимъ удовлетворенію. Въ поданной на это рѣшеніе кассационной жалобѣ повѣренный Петра Барке главнымъ образомъ ссылался на то, что недвижимое имущество можетъ быть продано по словесному договору и что Заленскій, пріобрѣтая имѣніе Гронды, а Мрозъ спорный участокъ земли, знали о принадлежности онаго просителю.
Изъ изложеннаго видно, что главный подлежащій разрѣшенію Сената въ семъ дѣлѣ вепросъ заключается въ томъ, „имѣетъ-ли въ Варшавскомъ Судебномъ Округѣ словесный договоръ о продажѣ участка земли въ ипотекованномъ имѣніи, заключенный до введенія судебной формы 1876 года, значеніе титула собственности на этотъ участокъ какъ противъ слѣдующаго