93.—1888 года декабря 14-го дня. По прошенію Титулярнаго Совѣтника Николая Ольшевскаго объ отмѣнѣ рѣшенія Кіевской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ П. И. Саломонъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ С. В. Пахманъ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора С. П. Фроловъ).
Послѣ Фортуната Ольшевскаго осталось домашнее духовное завѣщаніе, которое въ іюлѣ 1873 г. было утверждено къ исполненію. Въ томъ же 1873 г. племянникъ завѣщателя, Николай Ольшевскій, предъявилъ въ Екатеринославскомъ Окружномъ Судѣ къ душеприказчикамъ споръ, ходатайствуя о признаніи означеннаго завѣщанія недѣйствительнымъ. Ходатайство это судомъ удовлетворено на томъ основаніи, что одинъ изъ душеприказчиковъ, Манзюкъ, не можетъ быть признанъ законнымъ переписчикомъ завѣщанія, такъ какъ для сего требуются тѣ же качества, какія установлены для свидѣтелей. Это рѣшеніе по тому же основанію было признано со стороны Одесской Судебной Палаты правильнымъ. Вслѣдствіе кассаціонной жалобы двухъ изъ назначенныхъ въ завѣщаніи наслѣдниковъ, Исаака Суворова и Евгеніи Яворовской, какъ не принимавшихъ въ томъ дѣлѣ участія, Правительствующій Сенатъ, находя, что по настоящему дѣлу, какъ имѣвшему предметомъ не исполненіе завѣщанія, а признаніе его недѣйствительнымъ, отвѣтчиками не могли быть душеприказчики, наслѣдники же, въ числѣ коихъ состояли и просители, къ дѣлу не привлекались, а потому права ихъ рѣшеніемъ Палаты нарушены, и