37.—1888 года апрѣля 6-го дня. По прошенію турецкаго подданнаго Арютина Шамахаяница объ отмѣнѣ рѣшенія Ѳеодосійскаго Мирового Съѣзда 20 февраля 1887 года.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ П. И. Саломонъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ П. А. Юреневъ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Н. И. Барковскій).
Въ искѣ Шамахаяница, основанномъ на долговомъ актѣ, составленномъ (какъ установилъ Мировой Съѣздъ) въ Россіи, Мировой Съѣздъ отказалъ потому, что долговая сумма въ семъ актѣ опредѣлена, вопреки требованію ст. 2013 Св. Зак. Т. X ч. 1, не россійскою, а иностранною монетою (турецк. лирами), вслѣдствіе чего самое обязательство, симъ актомъ установленное, по мнѣнію Съѣзда, ничтожно. Шамахаяницъ проситъ отмѣнить это рѣшеніе Мирового Съѣзда, по нарушенію ст. 2013, 2014 и 2036 Св. Зак. Т. X ч. 1, которое онъ усматриваетъ въ томъ: 1) что ст. 2013 относится лишь къ займамъ и лишь къ лицамъ, жительствующимъ въ Россіи, между тѣмъ какъ составляющее предметъ спора въ семъ дѣлѣ обязательство не соотвѣтствуетъ формѣ заемнаго обязательства, опредѣленной въ статьѣ 2036, и возникло, какъ заявилъ отвѣтчикъ, въ Трапезундѣ,—въ Турціи, 2) что заемное обязательство признается ничтожнымъ лишь въ случаяхъ, указанныхъ въ ст. 2014 Свод. Зак. Т. X ч. 1, къ числу которыхъ опредѣленіе суммы долга иностранною монетою не отнесено.
Обсудивъ вышеизложенное, по выслушаніи заключенія Товарища Оберъ-Прокурора, Правительствующій Сенатъ находитъ, что статья 2013 Свод. Зак. Т. X ч. 1, категорически требуя опредѣленія въ актѣ займа занимаемой суммы россійскою серебряною монетою, не содержитъ въ себѣ никакихъ указаній относительно послѣдствій неисполненія этого требованія въ томъ или другомъ случаѣ. Но въ чемъ бы эти послѣдствія ни заключались, не подлежитъ сомнѣнію, что нарушеніе этого требованія не можетъ вести къ признанію договора, въ которомъ такое требованіе не исполнено, ничтожнымъ. Для того, чтобы убѣдиться въ правильности такого заключенія, слѣдуетъ прежде всего имѣть въ виду рѣзкое отличіе значенія существа отъ значенія формы въ договорѣ. Безъ наличности условій, необходимыхъ для возникновенія договора по его природѣ, каковы: правоспособныя договаривающіяся стороны, предметъ, не изъятый изъ гражданскаго оборота, свободное согласіе сторонъ, немыслимо самое существованіе договора. Нѣтъ на-лицо этихъ