92—1887 года декабря 16-го дня. По прошенію уполномоченнаго Управленія Государственными Имуществами Самарской губерніи, чиновника особыхъ порученій Тимрота, объ отмѣнѣ рѣшенія Казанской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ П. И. Саломонъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ В. Г. Коробкинъ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Я. В. Сабуровъ).
На апелляціонное разсмотрѣніе Казанской Судебной Палаты поступило дѣло по иску общества крестьянъ деревни Ильбяковой, которые, объясняя, что данные имъ по владѣннымъ записямъ земли и лѣсъ уже признаны судебными рѣшеніями ихъ собственностью, просили признать ихъ собственностью и остальное лѣсное пространство, находящееся при ихъ дачѣ, въ количествѣ 1824 д. 386 с., удержанное въ своемъ владѣніи казною въ лицѣ Управленія Государственными Имуществами Самарской губерніи; право свое общество крестьянъ основывало на документахъ и на показаніи окольныхъ людей. Управленіе Государственными Имуществами отвергало право истцовъ на спорный лѣсъ и доказывало, что оный находится болѣе 10 лѣтъ въ распоряженіи и завѣдываніи лѣсного вѣдомства, въ удостовѣреніе чего представило различные документы, относящіеся до охраненія лѣсовъ, отпуска изъ онаго лѣсного матеріала и преслѣдованія за самовольныя порубки. Окружный Судъ удовлетворилъ исковыя требованія крестьянъ. Судебная Палата, входя въ разсмотрѣніе сего дѣла, нашла, что возраженія отвѣтчика противу правильности рѣшенія Окружнаго Суда касаются трехъ предметовъ: 1) неправильной оцѣнки юридическаго значенія указанныхъ въ рѣшеніи Саратовской Судебной Палаты 3 марта 1884 г. актовъ, 2) неправильной оцѣнки фактическаго владѣнія казны спорной лѣсной землей, и 3) потери истцами права на искъ за истеченіемъ земской давности. По первому предмету Палата установила, что вотчинныя права на спорную лѣсную землю признаны за истцами какъ указомъ Правительствующаго Сената отъ 24 декабря 1794 г., такъ и позднѣйшими рѣшеніями новыхъ судебныхъ учрежденій и фактомъ владѣнія ихъ на вотчинномъ правѣ. Болѣе существенными, по мнѣнію Палаты, представляются возраженія отвѣтчика по второму и третьему предметамъ, но и они оказываются неправильными, такъ какъ хотя изъ представленныхъ Управленіемъ Государственными Имуществами документовъ и видно, что въ 1850 г. было утверждено Межевымъ Департаментомъ Правительствующаго Сената заключеніе межевой канцеляріи отъ 13 октября 1838 г. о дачахъ, входящихъ въ чертежъ 1751 г. Капитана Ляхова, въ каковомъ заключеніи, между прочимъ, было сказано, что лѣса, названные при межеваніи въѣзжими, казенныхъ крестьянъ, впредь въѣзжими не почитать, а предоставить ихъ въ хозяйственное распоряженіе Оренбургской Казенной Палаты, а затѣмъ Палаты Государственныхъ Имуществъ, а также видно и то, что къ исполненію указа Сената отъ 23 сентября 1850 г. было приступлено, и исполненіе должно было заключаться, относительно дачи деревни новой Надыревой съ деревнями, въ надѣленіи землями жителей этой дачи и что извѣстныя части Иштеряковской лѣсной дачи находились въ завѣдываніи Бугульминскаго лѣсничества съ 1864 г. или ранѣе, но все это не убѣждаетъ Палату въ томъ, чтобы спор-