41.—1884 г. марта 7 дня. По прошенію повѣреннаго Карла Станишевскаго, присяжнаго повѣреннаго Залевскаго, объ отмѣнѣ рѣшенія Варшавской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ за Первоприсутствующаго Сенаторъ В. Г. Коробьинъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ Е. Е. Ковалевскій; заключеніе давалъ Тов. Оберъ-Прокурора Н. Н. Энденъ).
Въ 1873 году, по требованію Прокурора при Радомскомъ гражданскомъ трибуналѣ, записана на недвижимостяхъ Карла Станишевскаго въ г. Радомѣ законная ипотека, вслѣдствіе ненадлежащихъ со стороны Станишевскаго, въ бытность его опекуномъ блюстителемъ несовершеннолѣтнихъ Пташинскихъ, дѣйствій, причинившихъ ущербъ несовершеннолѣтнимъ. Объ исключеніи этой ипотеки Станишевскій, предъявилъ въ 1880 г. въ Радомскомъ Окружномъ Судѣ искъ, указывая на то, что ему неизвѣстны причины обремененія его недвижимостей законною ипотекою, и что требованіе Прокурора, изложенное въ общихъ выраженіяхъ, не разъясняетъ основанія таковаго обремененія. Изъ выставленныхъ истцомъ отвѣтчиковъ главный опекунъ Рушковскій по вызову къ суду не явился, а настоящій опекунъ-блюститель Кучковскій чрезъ повѣреннаго своего, присяжнаго повѣреннаго Велевейскаго, въ письменномъ отвѣтѣ противъ этого иска предъявилъ къ Станишевскому встрѣчный искъ о взысканіи съ Станишевскаго въ пользу несовершеннолѣтнихъ Пташинскихъ 4167 руб. 50 коп. убытковъ, причиненныхъ имъ дѣйствіями Станишевскаго въ бытность его опекуномъ блюстителемъ по опекѣ Пташинскихъ. Встрѣчное это требованіе повѣренный Кучковскаго слагалъ изъ двухъ суммъ: 3000 руб. и 1667 руб. 50 коп. Въ отношеніи первой суммы убытковъ повѣренный отвѣтчика объяснилъ, что несовершеннолѣтніе Пташинскіе состояли собственниками недвижимости въ г. Радомѣ № 156, на которой въ III раздѣлѣ ипотечнаго указателя записаны были пожизненная плата въ пользу Софіи Магдалинской по 150 р. въ годъ и право ея занимать квартиру въ домѣ цѣною въ 75 руб. въ годъ; что опека надъ имуществомъ несовершеннолѣтнихъ состояла изъ главнаго опекуна Рушковскаго и опекуна-блюстителя Станишевскаго, и что нѣкто Фроимъ Гутманъ, пріобрѣтя ипотечные долги, обременявшіе недвижимость Пташинскихъ предпринялъ продажу ея, путемъ раздѣла, съ публичныхъ торговъ, причемъ въ торговыхъ условіяхъ продажи въ § 4 помѣстилъ слѣдующее условіе:: если въ предложенной цѣнѣ помѣстится пожизненная плата 150 рублей Софіи Магдалинской, записанная въ ипотечномъ указателѣ, то покупщикъ будетъ въ правѣ вычесть изъ продажной цѣны 3000 руб., изъ которыхъ 150 р. въ годъ будетъ обязанъ уплачивать безъ промедленія на руки Магдалинской по день ея смерти, въ сроки, означенные контрактомъ, объявленнымъ въ ипотечной книгѣ, и такое же количество продажной цѣны удержитъ за собой и не будетъ обязанъ представить это количество цѣны въ депозитъ банка, а также будетъ обязанъ до смерти Магдалинской давать ей квартиру, назначенную въ ея пользу договоромъ въ продаваемой недвижимости. Послѣ прекращенія пожизненной платы статья о ней будетъ исключена, вслѣдствіе заявленія владѣльца недвижимости № 156, и онъ не будетъ обязанъ ни къ какимъ другимъ уплатамъ, равно по поводу пожизненной платы, какъ и суммы 3000 руб., представляющей эту пожизненную плату, вычтенную изъ продажной цѣны; что на торгахъ недвижимость Пташинскихъ куплена была Гутманомъ за 8550 руб.; что вошедшую въ эту цѣну пожизненную плату Магдалинской Гутманъ по закону обязанъ былъ внести въ капиталѣ, представляющемъ эту плату, въ польскій банкъ, гдѣ онъ хранился бы какъ собственность несовершеннолѣтнихъ, и послѣдніе получили бы его послѣ прекращенія означенной платы; что, между тѣмъ, Гутманъ, основываясь на приведенномъ параграфѣ торговыхъ условій, при исполненіи послѣднихъ вычелъ изъ предложенной цѣны 3000 руб., а впослѣдствіи, вступивъ въ сдѣлку съ Магдалинскою, не имѣвшею никакого права на капиталъ, удержалъ тѣ 3000 руб. въ свою собствен-