14.—1884 г. января 25 дня. По прошенію повѣреннаго помѣщика Казимира Садовскаго, присяжнаго повѣреннаго Льва Ротванда, объ отмѣнѣ рѣшенія Варшавской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующ. Сенаторъ Н. И. Саломонъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ бар. Б. Ө. Гойнингенъ-Гюне; заключеніе давалъ Тов. Оберъ-Прокурора Н. И. Барковскій).
Въ исковомъ прошеніи, поданномъ въ Варшавскій Окружный Судъ, повѣренный Анжелики Боровской, присяжный повѣренный Татаркевичъ, объяснилъ, что по нотаріальному акту, совершенному 8/20 іюня 1864 года въ гор. Варшавѣ, Павлина Садовская всѣ права свои по наслѣдству послѣ родителей своихъ, а именно, половину имѣній: Быковъ, Бранковъ и Бржесце, уступила брату своему Казимиру Садовскому за 75,000 рублей, которые обезпечены Садовскимъ на ипотекѣ имѣнія Бранковъ. По уплатѣ 66,000 руб. Садовскій по акту, совершенному 1/13 октября 1875 года, обязался остальную часть долга въ суммѣ 9000 руб. уплатить 19 ноября (1 декабря) 1876 года съ 4-мя процентами со дня совершенія акта; суммы этой Садовскій не уплатилъ. Между тѣмъ, Павлина Садовская собственноручнымъ духовнымъ завѣщаніемъ отъ 16 февраля 1876 г., оглашеннымъ предсѣдателемъ Варшавскаго Окружнаго Суда 4/16 апрѣля 1877 года, означенную сумму 9000 руб. съ процентами отказала въ пользу истицы Анжелики Боровской. На основаніи изложеннаго истецъ просилъ: взыскать съ Казимира Садовскаго въ пользу Анжелики Боровской 9000 руб. съ процентами. Въ основаніе иска представлены: 1) выписи нотаріальныхъ актовъ 8/20 іюля 1864 года и 1/13 октября 1875 года вышеизложеннаго содержанія; 2) засвидѣтельствованная копія духовнаго завѣщанія Павлины Садовской; 3) протоколъ оглашенія сего завѣщанія 4/16 апрѣля 1877 года; 4) выпись ипотечнаго указателя имѣнія Бранковъ, изъ котораго видно, что сумма 9000 руб. перечислена въ собственность Боровской. Противъ сего иска повѣренный Казимира Садовскаго, присяжный повѣренный Левъ Ротвандъ, подалъ отвѣтъ и встрѣчный искъ, въ которомъ объяснилъ: что сестра довѣрителя его, Павлина Садовская, еще въ 1860 годахъ вступила въ городѣ Варшавѣ въ общество сестеръ св. Феликса, называемыхъ фелиціанками. Въ этомъ обществѣ, въ которомъ она называлась сестрою Рафаелею, она познакомилась съ Анжеликою Боровскою, называвшеюся сестрою Маріей Магдалиной. Когда постановленіемъ бывшаго намѣстника въ Царствѣ Польскомъ отъ 4/16 декабря 1864 года общество сестеръ св. Феликса было закрыто, членамъ онаго общества предоставлено перейти въ другой монастырь, но съ тѣмъ, что въ случаѣ переѣзда за границу члены этого общества лишались Россійскаго подданства. Въ такихъ условіяхъ Анжелика Боровская и Павлина Садовская переѣхали въ городъ Краковъ, приняли австрійское подданство и вступили въ монастырь св. Феликса. Затѣмъ Павлина Садовская скончалась, и въ рукахъ Анжелики Боровской оказалось духовное завѣщаніе, которымъ Павлина Садовская сумму 9000 руб. съ процентами, составляющую все ея имущество, завѣщала истицѣ. Это духовное завѣщаніе вполнѣ недѣйствительно, потому что ни Павлина Садовская не имѣла права завѣщать, ни Анжелика Боровская получать по завѣщанію. Вопросъ о томъ, насколько данное лицо имѣетъ право завѣщать или получать по завѣщанію, разрѣшается всегда законами того государства, которому принадлежитъ данное лицо, и потому въ настоящемъ дѣлѣ слѣдуетъ обратиться къ законамъ Австрійской имперіи. По этимъ законамъ, а именно по ст. 573 Общаго Гражданскаго Уложенія (Allgemeines burgerliches Gesetzbuch), „лица, принадлежащія къ орденамъ, въ принципѣ не имѣютъ права завѣщать, если въ этомъ отношеніи данный орденъ не получилъ спеціальной привилегіи“. Въ виду этой статьи истица обязана доказать, что орденъ фелиціанокъ получилъ спеціальную привилегію, чего, однако, она доказать не въ состояніи. Поэтому, примѣняя къ Павлинѣ Садовской общее начало, принятое статьею 573, Садовская не имѣла права совершать духовное завѣщаніе. Затѣмъ, по стат. 356 того же закона и по закону 7 го іюня 1833 года, исполненіе обѣта нищеты (das Gelübde der Armuth) составляетъ препятствіе пріобрѣтать какимъ бы то ни было образомъ имущество, что