93.—1883 года ноября 2-го дня. По прошенію мѣщанина Михаила Эмина объ отмѣнѣ рѣшенія Курскаго мироваго съѣзда.
(Предсѣдательствовалъ первоприсутствующій сенаторъ П. И. Саломонъ; докладывалъ дѣло сенаторъ Н. П. Ягнъ; заключеніе давалъ товарищъ оберъ-прокурора П. В. Домерниковъ).
Ливенскій мѣщанинъ Эминъ и Щигровскій купецъ Николай Панковъ
— 437 —
№ 93.
обратились къ мировому судьѣ 2-го участка Щигровскаго уѣзда съ просьбой о разрѣшеніи, по совѣсти, возникшаго между ними спора о приданомъ, которое Эминъ обѣщалъ дать дочери своей Аннѣ Эминой, выходящей за мужъ за Панкова. Мировой судья 1870 г. 14-го апрѣля опредѣлилъ: обязать Эмина, согласно даннаго имъ обѣщанія, отдать дочери своей Аннѣ, выходящей за мужъ за Панкова, въ вѣчное и потомственное владѣніе семь съ половиною десятинъ земли въ Верхнетеребужской дачѣ близъ Ольховаго верха, совершивъ на это установленный крѣпостной актъ и предоставивъ ей эту землю со дня выхода ея за мужъ въ полное распоряженіе. Кромѣ того Эминъ, обязанъ подарить дочери своей семь сотъ руб. при выходѣ ея за мужъ. Подъ протоколомъ находятся подписи: „мировой судья Шаталовъ. Того же числа рѣшеніе это объявлено, какъ безъапелляціонное“. Далѣе слѣдуютъ подписи: „Михаилъ Эминъ. Рѣшеніе это объявлено, деньги семь сотъ руб., означенныя въ рѣшеніи, получилъ Николай Дмитріевъ Панковъ на приданое, какъ даръ“. Затѣмъ 18 августа 1880 г. Панковъ, какъ опекунъ надъ малолѣтними своими дѣтьми, Александромъ 7 лѣтъ и Михаиломъ 4 лѣтъ, обратился къ мировому судьѣ Щигровскаго уѣзда съ прошеніемъ, въ которомъ, излагая рѣшеніе судьи, постановленное по 30 ст. уст. гр. суд. 14 апрѣля 1870 г., и объясняя, что жена его, по иску которой рѣшеніе это постановлено, умерла въ 1878 г. и что право ея получить 7½ десят. земли перешло къ ея дѣтямъ, просилъ мироваго судью по означенному рѣшенію выдать ему исполнительный листъ. Мировой судья 25 іюля 1880 года постановилъ просьбу опекуна Панкова, согласно 694 ст. т. X ч. 1 св. зак. гр., уважить, выдавъ ему просимый исполнительный листъ. На это опредѣленіе Эминъ принесъ 22-го августа 1880 года мировому съѣзду частную жалобу, объясняя, что распоряженіе судьи онъ находитъ неправильнымъ по слѣдующимъ основаніямъ: во 1-хъ рѣшеніе вступаетъ въ законную силу только между тягущимися (895 ст. уст. гр. суд.) и приводится въ исполненіе только по желанію истца (925 ст. уст. гр. суд.). Какъ видно изъ настоящаго дѣла, участвующими въ дѣлѣ лицами были только онъ и Панковъ, лично за себя, и вовсе не за будущую жену и ея дѣтей. Такимъ образомъ ходатайствовать о приведеніи рѣшенія въ исполненіе, за силою 925 ст., могъ только Панковъ лично за себя и въ свою пользу, но не какъ опекунъ малолѣтнихъ дѣтей и въ ихъ пользу, такъ какъ ни они, ни мать ихъ въ дѣлѣ, по которому состоялось рѣшеніе 14-го апрѣля 1870 г., не участвовали, а какъ со дня постановленія рѣшенія 14 апрѣля 1870 г. до распоряженія о выдачѣ исполнительнаго листа протекла 10 лѣтняя давность, и въ теченіи этихъ слишкомъ десяти лѣтъ никакого ходатайства о приведеніи этого рѣшенія въ исполненіе не было, то, на основаніи 694 ст. т. X ч. 1 и 9 п. прил. къ ней (прод. 1876 г.), рѣшеніе 14 апрѣля 1870 года потеряло свою силу. Если мировой судья имѣлъ въ виду 132 ст. уст. гр. суд., то она примѣнима только въ состязательномъ порядкѣ, а не къ случаямъ приведенія рѣшенія въ исполненіе, когда судья дѣйствуетъ самолично, безъ вызова