23.— 1883 года марта 9-го дня. По прошенію повѣреннаго Нижнеломовскаго городскаго общественнаго управленія, присяжнаго повѣреннаго Космическаго, объ отмѣнѣ рѣшенія Саратовской судебной палаты.
(Предсѣдательствовалъ первоприсутствующій сенаторъ П. И. Саломонъ; докладывалъ дѣло сенаторъ В. П. Бартеневъ; заключеніе давалъ товарищъ оберъ-прокурора Ф. Д. Бартъ.)
Разсмотрѣвъ дѣло, Правительствующій Сенатъ находитъ: Во 1-хъ) искъ былъ предъявленъ Успенскою женскою общиною къ Нижнеломовской городской управѣ о возстановленіи права владѣнія общины на отведенное въ 1850 г. количество земли, которымъ община владѣла до 1877 г., причемъ община основывалась, въ исковомъ прошеніи и при производствѣ дѣла въ окружномъ судѣ, только на отведеніи земли по плану уѣзднаго землемѣра 1850 г. и на непрерывномъ безспорномъ владѣніи общины землею въ теченіи 29 лѣтъ; довѣренный же городской управы основывался: а) на Высочайше конфирмованномъ планѣ на городъ Нижній Ломовъ; б) на планѣ уѣзднаго землемѣра 1850 г., составленномъ по указу Пензенскаго губернскаго правленія отъ 9-го августа 1849 г. № 1137, и выданномъ не общинѣ, а городской думѣ, съ показаніемъ на немъ 6 десятинъ подъ городскимъ кладбищемъ, состоящемъ при церкви Успенія Божіей Матери, и только 5 дес. 1508 саж. во владѣніи общины, и в) на другихъ актахъ,— доказывалъ, что городское кладбище (6 дес.) составляетъ собственность города, а потому просилъ отказать въ искѣ женской общины. Въ такомъ положеніи дѣла, когда община простирала на кладбище, какъ на принадлежащую ей землю, свое право владѣнія и когда, съ другой стороны, городъ защищалъ свое право собственности на городское кладбище, очевидно, между тягущимися сторонами происходилъ споръ о правѣ гражданскомъ, а потому судъ не нарушилъ 1 ст. уст. гр. суд., принявъ къ разсмотрѣнію это дѣло. Статья эта не нарушена и судебною палатою потому, что хотя въ ней искъ общины уже совершенно измѣнился,— а именно, повѣренный общины, послѣ отказа окружнымъ судомъ въ искѣ ея, основанномъ на актѣ владѣнія и на давности, домогался признанія за общиною, какъ за духовнымъ установленіемъ, къ коему
— 107 —
№ 23.
приписано кладбище духовнымъ начальствомъ, права распоряженія онымъ, безъ хозяйственнаго распоряженія со стороны города незанятою для могилъ землею, и просилъ уже не о возстановленіи права владѣнія, а только объ изъятіи земли изъ владѣнія города,— но присемъ повѣренный общины основывался также и на томъ, что законъ, по его мнѣнію, всякія кладбищенскія земли относитъ къ числу церковныхъ; повѣренный же городской управы доказывалъ, что кладбище городское должно находиться во владѣніи города,— иначе можно ожидать, что мѣста подъ могилы на этомъ кладбищѣ, первоначальнаго назначенія, будутъ облагаемы сборомъ въ пользу монастырской общины, къ крайнему стѣсненію жителей города, такъ какъ другаго городскаго кладбища въ Нижнемъ-Ломовѣ нѣтъ. Такимъ образомъ, въ апелляціонной инстанціи, споръ дѣйствительно происходилъ уже не о правѣ владѣнія, основанномъ на актахъ или на давности, а только о владѣніи или распоряженіи женской общины, въ смыслѣ административномъ, въ качествѣ духовнаго установленія, мѣстомъ, назначеннымъ съ религіозными цѣлями, т. е. для погребенія умершихъ, и потому изъятымъ отъ пользованія для иныхъ надобностей; но, вмѣстѣ съ тѣмъ, по спору тягущихся возникалъ вопросъ и о томъ, существуетъ ли различіе между собственно церковными землями и кладбищами не на церковной, а на городской землѣ; съ признаніемъ же кладбища городскимъ, связывалось городомъ гражданское право безплатнаго погребенія умершихъ. Посему, и въ тѣхъ предѣлахъ, какъ поставлено было это дѣло къ разрѣшенію своему судебною палатою,— рѣшеніе которой истцомъ не обжаловано,— судебная палата не нарушила 1 ст. уст. гр. суд.— Во 2-хъ) второй поводъ къ отмѣнѣ рѣшенія судебной палаты основывается на томъ, что судебная палата нарушила 706 ст. уст. гр. суд., присудивъ женской общинѣ болѣе того, что она просила. Этотъ поводъ неуважителенъ потому, что хотя повѣренный женской общины, въ апелляціонной жалобѣ, какъ выше изложено, уменьшилъ и даже видоизвѣнилъ свое исковое требованіе, но, тѣмъ не менѣе, доказывалъ, что земля, отведенная и подъ городское кладбище, должна находиться въ распоряженіи общины, а не города; повѣренный же городской управы не указывалъ на измѣненіе этимъ иска, въ нарушеніе 332 ст. уст. гр. суд., не указывая на это даже и въ кассационной жалобѣ. Засимъ, судебная палата, въ виду такихъ предѣловъ спора, признавъ, что разрѣшенію ея подлежитъ только вопросъ: въ чьемъ вѣдѣніи (а не владѣніи) должна находиться земля, отведенная городомъ изъ его выгона подъ городское кладбище, и можетъ ли городъ эксплоатировать ее, опредѣлила, изъять изъ владѣнія городскаго общественнаго управленія и передать въ распоряженіе общины землю, отведенную въ 1850 г. подъ кладбище. Слѣдовательно, разрѣшая поставленный выше вопросъ о томъ, въ чьемъ вѣдѣніи должно находиться городское кладбище, и устраняя городъ только отъ эксплоатаціи для иныхъ цѣлей, а не отъ безплатнаго погребенія умершихъ на кладбищѣ, а, вмѣстѣ съ тѣмъ, не постановляя вовсе въ пользу женской общины какого либо заключенія о