89.—1881 года мая 7-го дня. По прошенію вдовы Капитана Леонтины Реннерфельдъ объ отмѣнѣ рѣшенія Житомирскаго Мирового Съѣзда.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ М. В. Полѣновъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ Ѳ. И. Проскуряковъ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Ѳ. Д. Бартъ).
Вдова Капитана Леонтина Реннерфельдъ 19 октября 1879 года въ исковомъ прошеніи, поданномъ Мировому Судьѣ 1-го участка г. Житомира, объяснила, что дворянинъ Владимиръ Шидловскій въ началѣ іюля 1879 года, взявши на охоту собственную ея, Реннерфельдъ, высокой породы охотничью собаку, съ условіемъ возвратить чрезъ 3 дня, таковой не возвратилъ, и потому просила постановить рѣшеніе о возвратѣ ей взятой Шидловскимъ собаки, или присудить стоимость оной 400 р. Отвѣтчикъ Шидловскій съ своей стороны подалъ Мировому Судьѣ прошеніе, въ которомъ, отвергая искъ Реннерфельдъ, просилъ для разъясненія обстоятельствъ дѣла допросить трехъ свидѣтелей. Къ разбору дѣла отвѣтчикъ не явился, а потому, разбирая дѣло заочно, Мировой Судья, по выслушаніи объясненія истицы и показаній свидѣтелей, нашелъ, что Шидловскій дѣйствительно взялъ у Реннерфельдъ для охоты собаку, которой не возвратилъ; что собака эта была высокой породы и могла стоить ту сумму, которую ищетъ Реннерфельдъ, и что, принимая собаку, Шидловскій обязался ее возвратить въ цѣлости или же отвѣчать по стоимости ея; что же касается до показаній свидѣтелей со стороны Шидловскаго, то свидѣтели эти цѣнили собаку гораздо ниже, оцѣнивая ее съ точки зрѣнія охотничьей, а потому, въ виду вышеизложенныхъ показаній свидѣтелей со стороны истицы, Мировой Судья призналъ искъ Реннерфельдъ подлежащимъ удовлетворенію и, на основаніи 81 и 129 ст. Устава Гражданскаго Судопроизводства и 574 ст. X Тома части 1, опредѣлилъ: обязать Шидловскаго возвратить Леонтинѣ Реннерфельдъ собаку, взятую у нея для охоты, при неисполненіи же сего взыскать съ Шидловскаго въ пользу истицы за эту собаку 400 рублей. Въ апелляціонной жалобѣ на это рѣшеніе повѣренный Шидловскаго, присяжный повѣренный Филипповъ, объяснилъ, что между истицею и отвѣтчикомъ относительно искомой собаки существовалъ договоръ ссуды; поэтому возникшее дѣло о убѣжавшей собакѣ должно быть обсуждено по законамъ о ссудѣ (ст. 2064—2068 X Т. 1 ч. Св. Зак. Гр.). Обращаясь къ обсужденію подлежащаго дѣла, онъ, Филипповъ, находилъ, что по договору ссуды вещь передается въ пользованіе, и потому, если вещь погибаетъ или, какъ животное, отгуливаетъ, скрывается, что этотъ казусъ несетъ хозяинъ вещи, а не коммодатаріусъ, принявшій вещь въ ссуду; что Шидловскій, взявшій у Реннерфельдъ собаку (по договору ссуды) для испытанія ея способностей къ охотѣ (что составляло цѣль договора), берегъ ее и пользовался сообразно цѣли договора; что собака при первомъ же выстрѣлѣ по уткѣ, испугавшись выстрѣла, убѣжала, такъ что Шидловскій не могъ ее догнать и затѣмъ отыскать, несмотря на то, что принималъ къ отысканію собаки всѣ мѣры и средства, какія могъ принять добрый, честный хозяинъ, а потому и побѣгъ собаки не можетъ ставиться ему въ вину, и онъ не обязанъ нести убытки отъ пропажи собаки. Въ доказательство фактическихъ обстоятельствъ дѣла апелляторъ просилъ вызвать свидѣтелей, указанныхъ у Мирового Судьи со стороны отвѣтчика, и допросить подъ присягой, а затѣмъ въ искѣ Реннерфельдъ отказать. Съѣздъ Мировыхъ Судей, разсмотрѣвъ обстоятельства сего дѣла и выслушавъ объясненія сторонъ и