276.—1880 года марта 19-го дня. По прошенію повѣреннаго вдовы отставнаго Капитана Маріи Аверьяновой, купца Карла Кнерцера, объ отмѣнѣ рѣшенія Саратовской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ М. В. Полѣновъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ Н. Г. Принтъ; заключеніе давалъ и. о. Товарища Оберъ-Прокурора И. Н. Николаевъ).
Нотаріальнымъ духовнымъ завѣщаніемъ, совершеннымъ 29 іюля 1872 г., Полковникъ Дмитрій Ивановичъ Романовъ предоставилъ женѣ своей Надеждѣ Николаевой Романовой свое родовое недвижимое имѣніе Симбирской губерніи въ пожизненное владѣніе, благопріобрѣтенное же имѣніе, а равно всю движимость завѣщалъ ей же въ полную собственность. 23-го октября того-же года завѣщаніе это утверждено было къ исполненію по опредѣленію С.-Петербургскаго Окружнаго Суда, а 27 ноября того же года по исполнительному листу Симбирскаго Окружнаго Суда вдова Романова была введена во владѣніе завѣщанными ей недвижимыми имѣніями. 15 января 1874 года повѣренный сестры умершаго Полковника Романова, жены отставнаго Капитана Маріи Ивановой Аверьяновой, кандидатъ правъ Лекгеръ, предъявилъ къ вдовѣ Романовой въ Симбирскомъ Окружномъ Судѣ искъ, объяснивъ въ исковомъ прошеніи, что Полковникъ Романовъ окончилъ жизнь свою 19 апрѣля 1873 г. самоубійствомъ, что, по силѣ 1017 ст. Х. Т. 1 ч. и 1472 ст. Улож. о наказ. духовныя завѣщанія самоубійцъ во всѣхъ безъ исключенія случаяхъ признаются безусловно недѣйствительными, а какъ изъ найденныхъ при вскрытіи тѣла Романова патолого-анатомическихъ данныхъ усмотрѣно, что выстрѣлъ изъ револьвера сдѣланъ Романовымъ умышленно и въ полномъ сознаніи, то духовное завѣщаніе его должно быть признано недѣйствительнымъ и засимъ для его, Лекгера, довѣрительницы, какъ родной сестры умершаго, на основаніи 1134 ст. Х. Т. 1 ч., открывается право наслѣдованія по закону, а вдовѣ его принадлежитъ лишь право на полученіе указанной доли, на основаніи 1148 ст. Х. Т. 1 ч., вслѣдствіе чего повѣренный Аверьяновой просилъ судъ: признать духовное завѣщаніе Полковника Дмитрія Иванова Романова недѣйствительнымъ, отобравъ изъ неправильнаго владѣнія вдовы его, Романовой, родовое и благопріобрѣтенное недвижимое имѣніе, а также движимость за исключеніемъ указанныхъ долей. При исковомъ прошеніи, кромѣ метрическихъ свидѣтельствъ, доказывающихъ, что истица родная сестра умершаго Романова, представлена нотаріальная копія съ копіи судебно-медицинскаго акта, составленнаго 26 апрѣля 1873 года въ урочищѣ Хала-Ата, въ которомъ изъ найденныхъ при вскрытіи патолого-анатомическихъ данныхъ врачи заключили: 1) что выстрѣлъ изъ револьвера сдѣланъ Полковникомъ Романовымъ умышленно; 2) что рана, произведенная этимъ выстрѣломъ, должна быть отнесена къ очень тяжкимъ, хотя и не безусловно смертельнымъ, и 3) болѣзненное состояніе, въ которомъ находился Полковникъ Романовъ передъ выстрѣломъ, ускорило смертельный исходъ отъ на-