55.—1879 года февраля 28-го дня. По прошенію мѣщанина Михаила Бахтина объ отмѣнѣ рѣшенія Орловскаго мироваго съезда.
(Предсѣдательствовалъ первоприсутствующій сенаторъ М. В. Полѣновъ; докладывалъ дѣло сенаторъ П. О. Тизенгаузенъ; заключеніе давалъ исполняющій обязанности товарища оберъ-прокурора И. Н. Николаевъ).
На основаніи уполномочія, даннаго мѣщаниномъ Бахтинымъ присяжному повѣренному Зайцеву для веденія дѣла о взысканіи съ вдовы маіора Екатерины Трубчаниновой 1500 руб. задатка по условію и 1000 руб. неустойки, Зайцевымъ былъ предъявленъ въ Орловскомъ окружномъ судѣ искъ, который, до окончанія тамъ дѣла, прекращенъ вслѣдствіе поданнаго о томъ самимъ Бахтинымъ и Трубчаниновой мироваго прошенія. Ссылаясь на это и объясняя, что Бахтинъ отказывается заплатить Зайцеву вознагражденіе за веденіе въ окружномъ судѣ означеннаго дѣла, повѣренный Зайцева 21 іюля 1875 г. предъявилъ мировому судьѣ 3 участка г. Орла искъ о взысканіи съ Бахтина, на основаніи 1, 6 и 10 §§ таксы для присяжныхъ повѣренныхъ и 133 ст. уст. гр. суд., 160 руб.—Противъ этого иска отвѣтчикъ Бахтинъ, между прочимъ, возразилъ, что таковой, на основаніи 6 п. 367 ст. учр. суд. уст., подлежитъ разсмотрѣнію не мироваго судьи, а совѣта присяжныхъ повѣренныхъ Харьковской судебной палаты, куда онъ, Бахтинъ, уже и обратился за разрѣшеніемъ возникшаго между нимъ и Зайцевымъ спора. Мировой судья, на основаніи 29 ст. уст. гр. суд., признавъ предъявленный Зайцевымъ искъ себѣ подсуднымъ, вмѣстѣ съ тѣмъ нашелъ оный преждевременнымъ, потому что опредѣленіе количества вознагражденія повѣренному по таксѣ, въ случаѣ несогласія по сему предмету между нимъ и его довѣрителемъ
— 203 —
и когда, какъ въ настоящемъ случаѣ, не заключено между ними письменнаго условія, относится, при существованіи въ округѣ Харьковской судебной палаты совѣта присяжныхъ повѣренныхъ, къ правамъ и обязанностямъ сего послѣдняго, и что только по постановленіи таковаго опредѣленія этимъ совѣтомъ и при несогласіи довѣрителя добровольно исполнить оное, повѣренный можетъ обратиться въ судебное установленіе съ искомъ опредѣленнаго ему совѣтомъ вознагражденія. Въ засѣданіи Орловскаго мироваго съѣзда, разсматривавшаго настоящее дѣло по апелляціонной жалобѣ истца Зайцева, сей послѣдній представилъ копію съ постановленія совѣта присяжныхъ повѣренныхъ округа Харьковской судебной палаты, состоявшагося 24 октября 1875 г. по прошенію Бахтина, каковымъ постановленіемъ вознагражденіе, слѣдующее отъ Бахтина въ пользу Зайцева, опредѣлено въ 110 руб., а отвѣтчикъ Бахтинъ объяснилъ, что на это постановленіе имъ подана жалоба въ означенную палату, и, для представленія съѣзду свѣдѣній о положеніи въ оной дѣла по этой жалобѣ, просилъ выдать ему свидѣтельство.—Съѣздъ мировыхъ судей нашелъ, что 6 п. 367 ст. учр. суд. уст. дѣйствительно предоставляетъ совѣту присяжныхъ повѣренныхъ право и даже ставитъ ему въ обязанность принимать къ своему разсмотрѣнію споры о количествѣ вознагражденія повѣренному по таксѣ въ случаѣ несогласія по сему предмету между нимъ и тяжущимся и когда не заключено между ними условія; по опредѣленіямъ совѣта по таковымъ спорамъ законъ вовсе не предоставляетъ силы судебныхъ рѣшеній. Изъ сего слѣдуетъ, что слова «право и обязанность», упоминаемыя въ 367 ст. учрежд. суд. уст., которымъ мировой судья придалъ смыслъ полной исключительности, выражаютъ только, что совѣту присяжныхъ повѣренныхъ не возбраняется принимать къ своему сужденію вышеупомянутые споры и что законъ даже возбраняетъ ему уклоняться отъ разрѣшенія ихъ. Но такая функція, предоставляемая означенному совѣту, вовсе не исключаетъ тѣхъ же самыхъ споровъ изъ юрисдикціи общихъ и мировыхъ судебныхъ установленій. Если же въ уставахъ 20 ноября не сдѣлано такого исключенія и притомъ не установлено никакихъ особенностей для производства такихъ споровъ, то само собою разумѣется, что послѣдніе должны производиться по общимъ правиламъ судопроизводства, по которымъ однимъ изъ существенныхъ моментовъ процесса служитъ непосредственное отношеніе суда къ закону и примѣненіе его къ частному спору; по толкованію же, которое мировой судья далъ въ своемъ рѣшеніи 367 ст. учр. суд. уст., слѣдуетъ, что судъ, при разборѣ споровъ между присяжными повѣренными и ихъ довѣрителями о вознагражденіи, лишенъ существеннаго права непосредственно обратиться къ закону и долженъ руководствоваться въ такихъ случаяхъ не самымъ закономъ, а примѣненіемъ его, сдѣланнымъ совѣтомъ присяжныхъ повѣренныхъ. Исходя изъ сихъ соображеній, съѣздъ призналъ опредѣленіе мироваго судьи объ отказѣ въ искѣ Зайцеву по преждевременности неправильнымъ, а опредѣленіе совѣта присяжныхъ повѣренныхъ округа Харьковской судебной палаты, состоявшееся 24 октября 1875 г., въ виду требованія истцомъ вознагражденія въ количествѣ, несогласномъ съ опредѣленнымъ совѣтомъ присяжныхъ повѣренныхъ, неимѣющимъ для съѣзда мировыхъ судей никакой обязательной силы. Въ виду