5.—1879 года января 10-го дня. По прошенію титулярнаго совѣтника Григорія Шмакова и дворянки Анны Войткевичевой объ отмѣ-нѣ рѣшенія Россіенскаго мироваго съѣзда.
(Пресѣдательствовалъ первоприсутствующій сенаторъ М. В. Поленовъ; докладывалъ дѣло сенаторъ Н. П. Талковъ; заключеніе давалъ товарищъ оберъ-проку-рора графъ В. А. Тизенгаузенъ).
Титулярный совѣтникъ Григорій Шмаковъ въ прошеніи, поданномъ 18 октября 1874 г. Россіенскому мировому судьѣ, объяснилъ, что Анна Войткевичева, его со-сѣдка по имѣнію при уборкѣ съ своихъ луговъ сѣна, выкосила часть его луга шириною десять, а длиною 500 саженъ, и собранное съ этой части луга сѣно, въ количествѣ 450 пудовъ, свѣзла къ себѣ. Посему Шмаковъ просилъ возстановить его владѣніе частью луга, нарушенное Войткевичевою, и присудить съ нея по справочнымъ цѣнамъ вознагражденіе за означенные 450 пудовъ сѣна. Мировой судья, по разборѣ дѣла, нашелъ искъ Шмакова доказаннымъ, а потому опредѣ-лилъ: возстановить нарушенное Войткевичевою владѣніе Шмакова, какъ оно было въ 1873 г. по показаніямъ свидѣтелей, и взыскать съ Войткевичевой, въ пользу Шмакова, за 450 пудовъ сѣна, по 43 к. за пудъ, 193 р. 50 к. и судебныхъ издержекъ 30 р. На это рѣшеніе Войткевичева принесла апелляціонную жалобу. Россіенскій мировой съѣздъ, признавая изложенное въ этой жалобѣ ходатайство объ осмотрѣ на мѣстѣ границъ заслуживающимъ уваженія, поручилъ почетному мировому судьѣ, князю Огинскому, произвести таковой осмотръ. Шмаковъ и Войт-кевичева, прибывшіе по посланнымъ къ нимъ повѣсткамъ для присутствованія при осмотрѣ, обратились къ князю Огинскому съ прошеніемъ, чтобы онъ, не производя мѣстнаго осмотра, разобралъ производящееся между ними дѣло по со-
— 35 —
вѣсти, на основаніи ст. 30 уст. гр. суд., по имѣющимся представиться доказа-тельствамъ. Присемъ Шмаковъ и Войткевичева присовокупили, что они вмѣстѣ съ тѣмъ предоставляютъ князю Огинскому разобрать и всѣ граничные споры, существующіе между ихъ имѣніями, посредствомъ отграниченія чрезъ землемѣра и поставленіемъ межевыхъ знаковъ. Таковая просьба Шмакова и Войткевичевой, заявленная словесно, была 25 апрѣля 1875 г. занесена почетнымъ мировымъ судьѣю княземъ Огинскимъ въ протоколъ за подписью сторонъ. Затѣмъ князь Огинскій вызвалъ стороны къ разбору дѣла и когда Шмаковъ по посланной по-вѣсткѣ не явился, то князь Огинскій назначилъ разборъ дѣла на 28 октября 1875 г. Но Шмаковъ и по этой повѣсткѣ къ нему не явился, тогда князь Огин-скій того же 28 октября 1875 г. постановилъ слѣдующее рѣшеніе: такъ какъ Шмаковъ, не смотря на двукратный вызовъ и полученіе своевременно повѣстокъ, не явился и о причинахъ неявки не увѣдомилъ, то въ виду того, что настоящее дѣло, какъ рѣшаемое по 30 ст. уст. гр. суд., не можетъ быть болѣе откладывае-мо безъ обремененія отвѣтчицы и свидѣтелей, онъ, почетный мировой судья, на основаніи вышеприведенной статьи 30 уст. гр. суд., опредѣляетъ: настоящее дѣло производствомъ прекратить, отказавъ Шмакову въ просьбѣ. На это рѣшеніе Шма-ковъ принесъ кассаціонную жалобу. Россіенскій мировой съѣздъ нашелъ, что Пра-вительствующій Сенатъ въ неоднократныхъ рѣшеніяхъ указывалъ, что къ дѣламъ, рѣшаемымъ по 30 ст. уст. гр. суд., должны быть примѣнены правила третей-скаго суда, посему мировой судья обязанъ былъ поступить въ данномъ случаѣ по указанію ст. 1381 уст. гр. суд., т. е. непремѣнно рѣшить дѣло и рѣшеніе свое изложить согласно ст. 1389 уст. гр. суд., тѣмъ болѣе, что на такое окончаніе дѣла, т. е. на прекращеніе безъ разбирательства, не давало права и выраженное въ его протоколѣ согласіе сторонъ на разборъ дѣла по ст. 30 уст. гр. суд. По этимъ основаніямъ слѣдуетъ признать рѣшеніе мироваго судьи недѣйствительнымъ, при-мѣняясь къ ст. 1396 уст. гр. суд.; что же касается просьбы повѣреннаго Шма-кова, Горскаго, объ устраненіи мироваго судьи князя Огинскаго отъ разбиратель-ства этого дѣла въ виду иска, заведеннаго къ князю Огинскому, то какъ искъ этотъ вытекаетъ изъ самаго разбора сего дѣла, то прошеніе это не подлежитъ удовлетворенію. Вслѣдствіе сего мировой съѣздъ 26 марта 1876 г. опредѣлилъ: постановленіе почетнаго мироваго судьи князя Огинскаго признать недѣйствитель-нымъ и дѣло препроводить къ нему для рѣшенія въ предѣлахъ предоставленной ему сторонами власти, на основаніи 30 ст. уст. гр. суд. На это рѣшеніе съѣзда Войткевичева и Шмаковъ принесли кассаціонныя жалобы, Войткевичева указы-ваетъ на нарушеніе съѣздомъ слѣдующихъ законовъ: 1) ст. 1381—1389 уст. гр. суд. примѣненіемъ этихъ статей къ дѣлу, тогда какъ въ законахъ нѣтъ указанія на то, чтобы порядокъ, установленный для третейскаго разбирательства, примѣ-нился къ дѣламъ, разрѣшаемымъ на основаніи ст. 30 уст. гр. суд., и приводи-мыя съѣздомъ рѣшенія Правительствующаго Сената не подтверждаютъ того, что со стороны Сената признавалось правильнымъ примѣненіе къ этого рода дѣламъ порядка третейскаго разбирательства; Сенатомъ объяснено только, что поводомъ къ уничтоженію рѣшенія, постановленнаго, по ст. 30, можетъ служить нарушеніе
Гражданскаго 1879 г.
3∗