373.—1879 года ноября 27-го дня. По прошеніямъ: 1) повѣреннаго конкурснаго управленія по дѣламъ несостоятельнаго должника, дѣйствительнаго статскаго совѣтника Башуцкаго, надворнаго совѣтника Кондырева и 2) повѣреннаго купца Степана Козьмина и опекуна надъ имѣніемъ умершаго Дементія Козьмина, купца Кирьяка Дементьева Козьмина, присяжнаго повѣреннаго Разумова, объ отмѣнѣ рѣшенія Саратовской судебной палаты.
(Предсѣдательствовалъ первоприсутствующій сенаторъ М. В. Полѣновъ; докладывалъ дѣло сенаторъ А. А. Книримъ; заключеніе давалъ товарищъ оберъ-прокурора Ѳ. Д. Бартъ).
Повѣренный Конкурснаго управленія по дѣламъ несостоятельнаго должника Башуцкаго, Кондыревъ, предъявилъ 10 марта 1877 г. въ Саратовскомъ окружномъ судѣ искъ къ Степану и Дементію Козьминымъ о признаніи собственностью конкурсной массы и объ отобраніи отъ Козьминыхъ участка земли въ Новоузенскомъ уѣздѣ, Всемилостивѣйше пожалованнаго Башуцкому, и о предоставленіи конкурсному управленію права отыскивать съ Козьминыхъ убытки отъ провладѣнія ими землею. Саратовская судебная палата, разсмотрѣвъ апелляціонную жалобу Кондырева на рѣшеніе Саратовскаго окружнаго суда, отказавшаго конкурсному управленію въ искѣ, нашла, что первоначальное право на землю, Всемилостивѣйше пожалованную Башуцкому 13 января 1841 г., Козьмины основывали на запродажной записи 4 марта 1841 года, выданной Башуцкимъ Федору Козьмину, отцу отвѣтчиковъ, но право это никогда не было и не могло быть вещнымъ правомъ, ибо, въ силу 1679 ст. X т. 1 ч., запродажная запись не есть актъ укрѣпленія; при несовершеніи въ срокъ купчей крѣпости, запродажная запись, по силѣ 1682 ст. т. X ч. 1, теряетъ свою обязательную силу въ отношеніи обязанности совершить купчую крѣпость и считается ничтожною, а по ст. 1684 X т. ч. 1 по одной запродажной записи, безъ совершенія купчей, запрещается владѣть недвижимымъ имѣніемъ. По запродажной записи 4 марта 1841 года былъ назначенъ годовой срокъ. Срокъ этотъ истекъ и всѣ настоянія Козьминыхъ о совершеніи купчей крѣпости оставлены Башуцкимъ безъ вниманія. При такомъ положеніи дѣла, повѣренный Козьминыхъ, Сукинъ, черезъ 12 лѣтъ по совершеніи запродажной записи, просилъ или о понужденіи Башуцкаго къ совершенію купчей крѣпости, или же о возвращеніи Козьминымъ уплаченныхъ ими Башуцкому 2,143 р. Ходатайство это разсмотрѣно было С.-Петербургскимъ гражданскимъ надворнымъ судомъ и признано онымъ, по рѣшенію 17 декабря 1858 г., неподлежащимъ удовлетворенію, не только въ отношеніи домогательства Козьминыхъ о совершеніи купчей, но даже и въ
— 1489 —
отношеніи возврата имъ уплаченныхъ Башуцкому 2143 р. за пропускомъ ими десятилѣтнаго срока со дня совершенія запродажной записи, т. е. признано право Козьминыхъ по всѣмъ частямъ запродажной записи 4 марта 1841 года ничтожнымъ. Рѣшеніе это объявлено Козьминымъ съ правомъ апелляціи, но Козьмиными не обжаловано. Такимъ образомъ не только вещное право Козьминыхъ на землю, Всемилостивѣйше пожалованную Башуцкому, но со времени судебнаго рѣшенія и всякое другое право Козьминыхъ, вытекающее изъ запродажной записи 4 марта 1841 г., совершенно прекратилось. Но неимѣніе Козьмиными никакихъ правъ на землю, пожалованную Башуцкому, не могло разрушить правъ на ту землю самого Башуцкаго, ибо права эти утверждены Высочайшимъ повелѣніемъ 13 января 1841 г. и доколѣ не переданы Башуцкимъ установленнымъ въ законѣ порядкомъ другимъ лицамъ, составляютъ неотъемлемую собственность Башуцкаго. Послѣ утраты Козьмиными всѣхъ правъ по запродажной записи 4 марта 1841 года, еще съ 1859 г. возникла переписка по министерству государственныхъ имуществъ о выполненіи Высочайшихъ повелѣній о пожалованіяхъ земель разнымъ лицамъ, въ томъ числѣ и Башуцкому, и составлены новыя правила объ отводѣ пожалованныхъ земель. Правила эти Высочайше утверждены 20 ноября 1863 г. и согласно онымъ министерство государственныхъ имуществъ сдѣлало предположеніе объ отводѣ земель и представило ихъ, вмѣстѣ съ планами предположенныхъ нарѣзокъ, на утвержденіе межеваго департамента Сената. Въ числѣ этихъ предположеній было и предположеніе объ отводѣ земли Башуцкому; но какъ въ министерствѣ была переписка по прошеніямъ Козьминыхъ и ихъ повѣренныхъ о передачѣ имъ, Башуцкимъ, правъ своихъ на пожалованный ему участокъ, то министерство, не касаясь существа правъ укрѣпленія, назначило Высочайше пожалованный Башуцкому участокъ въ его правахъ Козьминымъ. Межевой департаментъ Правительствующаго Сената, какъ объ этомъ положительно объяснено въ постановленіи онаго отъ 9 ноября 1876 г., не разсматривая правъ поменованныхъ въ представленіи министерства государственныхъ имуществъ лицъ, предписалъ указомъ 20 января 1865 года губернскимъ правленіямъ объ отводѣ и отмежеваніи тѣмъ лицамъ земель съ выдачею имъ плановъ, а палатамъ государственныхъ имуществъ—объ исключеніи тѣхъ земель изъ казеннаго вѣдомства и оклада. Распоряженіе это не было объявлено ни Башуцкому, ни суду, производившему дѣло о несостоятельности Башуцкаго, и въ виду министерства не имѣлось постановленія суда о признаніи недѣйствительности запродажной записи 4 марта 1841 года. Въ силу собственно такихъ обстоятельствъ, Козьминымъ отмежевано 22 августа 1867 года—2048 дес. 666 саж. земли въ Новоузенскомъ уѣздѣ при рѣчкѣ Калмыцкой.—Такимъ образомъ Козьмины получили землю въ правахъ Башуцкаго, но не по праву отъ Башуцкаго, безъ акта укрѣпленія и въ нарушеніе судебнаго рѣшенія, единственно вслѣдствіе лишь личнаго съ ихъ стороны удостовѣренія административнаго вѣдомства о правахъ ихъ на ту землю, а такое основаніе отвода Козьминымъ земли Башуцкаго не можетъ создать правъ собственности на землю и уничтожить или ограничить въ чемъ либо права Башуц