310.—1879 года ноября 28-го дня. По прошенію жены поручика Анастасіи Невѣдомской объ отмѣнѣ рѣшенія Гжатскаго съезда мировыхъ судей.
(Предсѣдательствовалъ первоприсутствующій сенаторъ М. В. Полѣновъ; докладывалъ дѣло сенаторъ В. Г. Коробьинъ; заключеніе давалъ товарищъ оберъ-прокурора К. К. Арсеньевъ).
Жена поручика Анастасія Невѣдомская объяснила мировому судьѣ, что она воспретила постороннимъ лицамъ ловить рыбу и ѣздить на лодкѣ по принадлежащей ей части Потановскаго пруда, прилегающей къ принадлежащимъ ей берегамъ Андреевскому и Амшаревскому, по управляющій имѣніемъ Стромиловыхъ, Василій Дроздовъ, вопреки сему запрещенію, ловить рыбу и вытаскиваетъ невода на принадлежащіе ей берега; а потому Невѣдомская просила возстановить ея нарушенное владѣніе и воспретить Дроздову ловить рыбу и ѣздить на лодкѣ на принадлежащей ей части пруда и вытаскивать невода на ея берега. Дроздовъ и самъ владѣлецъ, губернскій секретарь Владиміръ Стромиловъ возражали: что прудъ находится въ постоянномъ владѣніи Стромиловыхъ, что Невѣдомская никогда прудомъ не пользовалась и не ловила въ немъ рыбы, и хотя Стромиловы отпускали ей рыбу безплатно, но не за право ловли рыбы, а за то, что скотъ отвѣтчика заходилъ изъ пруда на земли истицы, берега кругомъ пруда принадлежатъ всѣ Стромиловымъ, земля-же Невѣдомской не доходитъ до водотока. Дѣло это по апелляціи Стромиловыхъ доходило до разсмотрѣнія Гжатскаго мироваго съезда, который нашелъ, что Невѣдомская не доказала, что она пользовалась когда нибудь правомъ рыбной ловли въ Потановскомъ пруду, а такъ какъ, на основаніи 4 п. 29 ст. уст. гр. суд., судья возстановляетъ нарушенное владѣніе только тогда, когда со времени нарушенія прошло не болѣе 6-ти мѣсяцевъ, то посему мировой судья былъ не вправѣ возстановлять такое право истицы, которымъ
— 1237 —
она не пользовалась; по этимъ основаніямъ мировой съѣздъ отмѣнилъ рѣшеніе мироваго судьи и въ искѣ Невѣдомской отказалъ. Въ принесенной Правительствующему Сенату кассаціонной жалобѣ Невѣдомская проситъ отмѣнить рѣшеніе мироваго съезда по нарушенію 4 п. 29 ст. устава гражд. судопр.
Выслушавъ заключеніе товарища оберъ прокурора, Правительствующій Сенатъ находитъ, что единственнымъ основаніемъ къ отказу Невѣдомской въ искѣ о возстановленіи владѣнія принадлежащей ей частью пруда съѣздъ принялъ недоказанность пользованія ея означенною частью пруда. Между тѣмъ пользованіе своимъ имуществомъ составляетъ не обязанность собственника, а его право, которое онъ можетъ и не осуществлять, продолжая однако удерживать за собою имѣніе, т. е. владѣть онымъ; поэтому одно только непользованіе имѣніемъ не можетъ служить доказательствомъ ненахожденія оного въ фактическомъ владѣніи собственника, если при этомъ не установлено, что имѣніемъ въ теченіи сего времени владѣло другое лицо. Мировой съѣздъ не установилъ ни того, чтобы отвѣтчикъ пользовался ловлею рыбы въ спорной части пруда по праву фактическаго владѣнія симъ имуществомъ, ни того, чтобы со времени таковой ловли до предъявленія настоящаго иска прошло болѣе шести мѣсяцевъ, почему отказъ его въ возстановленіи отыскиваемаго Невѣдомскою права является нарушающимъ точный смыслъ 4 п. 29 ст. устава гражд. судопроизвод. и потому Правительствующій Сенатъ опредѣляетъ: отмѣнить рѣшеніе Гжатскаго съезда мировыхъ судей, по нарушенію 4 п. 29 ст. уст. гражд. суд., и дѣло передать на новое разсмотрѣніе въ Вяземскій съѣздъ мировыхъ судей.