31.—1878 года ноября 22-го и 1879 года февраля 14-го чиселъ. По прошенію повѣреннаго вдовы цирюльника Марѳы Антоновой и мѣщанина Геннадія Кокшаровыхъ, присяжнаго повѣреннаго Николая Рейнгардта, объ отмѣнѣ рѣшенія Казанской судебной палаты.
(Предсѣдательствовалъ за первоприсутствующаго сенаторъ А. М. Плавскій; докладывалъ дѣло сенаторъ баронъ Ѳ. Ѳ. Штакельбергъ; заключеніе давалъ товарищъ оберъ-прокурора Н. А. Мулловъ).
Отставной цирюльникъ Павелъ Кокшаровъ занялъ у купца Михаила Скрабина 300 руб. и въ обезпеченіе этого долга заложилъ свой собственный домъ, находящійся въ городѣ Екатеринбургѣ, во 2 части по Водочной улицѣ. Закладная была совершена въ Екатеринбургскомъ уѣздномъ судѣ 22 іюня 1867 г. за № 32, срокомъ на шесть мѣсяцевъ. За неплатежъ Кокшаровымъ долга домъ былъ назначенъ въ продажу на 7 сентября 1870 г., и за неявкою покупниковъ оставленъ за кредиторомъ, Скрабинымъ, которому 30 декабря того же года за № 707 была выдана изъ Екатеринбургскаго уѣзднаго суда данная. Во время производства этого дѣла, именно 3 іюня 1870 г., самъ Кокшаровъ умеръ, а по жалобѣ вдовы его, поданной 12 февраля 1872 г., губернское правленіе постановленіемъ, состоявшимся въ ноябрѣ 1872 г., признало торги, вслѣдствіе неправильныхъ дѣйствій Екатеринбургскаго уѣзднаго суда, недѣйствительными, и объ уничтоженіи данной сообщило вмѣстѣ съ дѣломъ бывшей Пермской палатѣ уголовнаго и гражданскаго суда 15 ноября 1872 г. Между тѣмъ Скрабинъ продалъ вышеупомянутый домъ крестьянкѣ Ксеніи Матвѣевой по купчей, совершенной 12 марта 1871 г. въ бывшемъ Екатеринбургскомъ уѣздномъ судѣ. Изложивъ эти обстоятельства и объяснивъ, что домъ бывшій Кокшарова находится въ незаконномъ владѣніи Матвѣевой, ибо продавшій ей домъ Скрабинъ самъ владѣлъ имъ неза-
— 121 —
конно, и потому, на основаніи 609 ст. 1 ч. X т., домъ этотъ подлежитъ возвращенію въ пользу собственниковъ, которыми являются наслѣдники Кокшарова, присяжный повѣренный Рейнгардтъ, по довѣренности сына Кокшарова, Геннадія Павлова, и вдовы его, Марѳы Антоновой, за себя и какъ попечительницы надъ малолѣтнею Александрой Кокшаровой, просилъ Екатеринбургскій окружный судъ: признавъ право наслѣдованія Геннадія, Александры и Марѳы Кокшаровыхъ въ имуществу, оставшемуся послѣ смерти Павла Кокшарова, заключающемуся въ деревянномъ домѣ, въ г. Екатеринбургѣ и находящемуся въ настоящее время въ незаконномъ владѣніи Матвѣевой, признать купчую недѣйствительной и возвратить означенное имущество изъ владѣнія Матвѣевой вышеупомянутымъ Кокшаровымъ. По поводу этого иска повѣренный отвѣтницы, присяжный повѣренный Авилонъ, заявивъ, сначала, просьбу о привлеченіи къ дѣлу, въ качествѣ третьего лица, купца Скрабина, продавшаго Матвѣевой спорное имѣніе, просьбу, которая была судомъ уважена, но, по которой Скрабинъ, вызванный повѣсткою, въ судъ не явился, объяснялъ: 1) что ничѣмъ не доказана принадлежность покойному Павлу Кокшарову того имѣнія, о которомъ идетъ споръ истцовъ съ Матвѣевой; 2) что сроки на обжалованіе неправильностей торговъ истцами пропущены, и губернское правленіе не могло отмѣнить торги, такъ какъ хотя изъ истцовъ Марѳа Антонова Кокшарова и обращалась объ этомъ съ просьбой, но уже по истеченіи указанныхъ въ законѣ сроковъ, и притомъ къ губернатору, а не въ губернское правленіе; 3) что Матвѣева купила домъ у Скрабина 12 марта 1871 г., т. е. не только до отмѣны торговъ, но даже до подачи объ этомъ прошенія со стороны Марѳы Кокшаровой, и 4) что, на основаніи 2052 ст. X т. 2 ч. изд. 1857 г., послѣ подписанія крѣпостнаго акта никакіе споры о правильности производства продажи не допускаются. Окружный судъ нашелъ: 1) что, на основаніи 1254 ст. X т. 1 ч., истцамъ принадлежитъ съ момента смерти Павла Кокшарова то имущество, которое по день смерти его не было законнымъ образомъ имъ отчуждено; 2) что имѣніе, составляющее предметъ спора, не было отчуждено при жизни Павла Кокшарова, а послѣ его смерти, т. е. тогда, когда онъ не могъ уже быть субъектомъ правъ, и когда всѣ его права перешли къ его наслѣдникамъ, истцамъ въ настоящемъ дѣлѣ; 3) что, въ виду 2052 ст. X т. 2 ч., продажа, учиненная при такихъ условіяхъ, когда имѣніе въ день торга не принадлежало владѣльцу, подвергавшемуся взысканію, можетъ быть обжалована наслѣдниками или другими собственниками имѣнія до истеченія земской давности, и какъ обжалованная и отмѣненная губернскимъ правленіемъ не можетъ давать никакихъ правъ ни оставившему первоначально за собою то имѣніе Скрабину, ни его преемницѣ—Матвѣевой; 4) что Матвѣева никакихъ требованій къ привлеченному ею Скрабину не предъявила, и ни она, ни Скрабинъ, не ходатайствовали о признаніи заключенной ими купчей крѣпости недѣйствительной, требованіе же такого рода со стороны истцовъ не имѣетъ никакого законнаго основанія. А потому окружный судъ опредѣлилъ: признавъ Геннадія, Александру и Марѳу Кокшаровыхъ законными наслѣдниками покойнаго Павла Кокшарова, принадлежавшее ему недвижимое имѣніе, оставленное на публичномъ торгѣ, про-