143.—1879 года мая 8-го дня. По прошенію повѣреннаго купца Михаила Парусинова, кандидата правъ Леонида Блюммера, объ отмѣнѣ рѣшенія Саратовской судебной палаты.
(Предсѣдательствовалъ первоприсутствующій сенаторъ М. В. Польновъ; докладывалъ дѣло сенаторъ А. А. Книримъ; заключеніе давалъ товарищъ оберъ-прокурора П. А. Юреневъ).
14-го августа 1876 г. купецъ Михаилъ Парусиновъ выдалъ Саратовскому обществу взаимнаго кредита вексель, по которому обязался заплатить обществу или кому оно прикажетъ 25,000 руб. черезъ два мѣсяца, каковую сумму онъ получилъ, какъ сказано въ векселѣ, отъ общества наличными деньгами сполна. По неплатежу Парусиновымъ означенныхъ денегъ вексель былъ 25 октября 1876 г. протестованъ и засимъ 16 декабря того же года представленъ въ судъ ко взысканію при исковомъ прошеніи повѣреннаго общества, присяжнаго повѣреннаго Кобылинскаго, который просилъ взыскать съ Парусинова капитальной суммы съ % по день иска 25,208 руб. съ % на эту сумму по день уплаты. Противъ сего иска, повѣренный Парусинова, кандидатъ правъ Блюммеръ, подалъ 8 января 1877 г. въ видѣ встрѣчнаго иска, возраженіе, въ которомъ изложилъ, что Парусиновъ наличныхъ денегъ у Саратовскаго общества взаимнаго кредита никогда не занималъ, выдача же представленнаго ко взысканію векселя послѣдовала по слѣдующимъ обстоятельствамъ: въ 1876 году Парусиновъ купилъ у купца Кожевникова домъ, находящійся въ г. Саратовѣ, съ переводомъ лежавшаго на домѣ долга Саратовскому обществу взаимнаго кредита въ суммѣ 25,000 руб.; вслѣдствіе чего Парусиновъ и выдалъ, подъ обезпеченіе означеннаго дома, обществу вексель на 25,000 р., причемъ въ видѣ валюты получилъ отъ общества векселя Кожевникова на ту же сумму. Такимъ образомъ вексель Парусиновымъ былъ выданъ по имѣнію Кожевникова и иначе не могло быть, такъ какъ, по силѣ прим. къ § 12 устава общества, учетъ по соло-векселямъ допускается не иначе, какъ при представленіи такого обезпеченія, которое вмѣстѣ съ 10% взносомъ члена равнялось бы суммѣ соло-векселей. Слѣдовательно, если представленный вексель выданъ внѣ обезпеченія домомъ, то онъ по самому существу своему оказывается ничтожнымъ, какъ недозволенный уставомъ, а посему и противузаконный (ст. 2153 X т. 1 ч.). Между тѣмъ по иску Мочалова къ Парусинову купчая крѣпость на домъ Кожевникова рѣшеніемъ Саратовской судебной палаты 18 августа 1876 года признана недѣй-
— 563 —
ствительною и домъ Кожевникова изъятъ изъ владѣнія Парусинова конкурснымъ управленіемъ по дѣламъ Кожевникова, векселя котораго Парусиновъ получилъ съ платежными надписями правленія общества, такъ что теперь оказывается, что Парусиновъ за выданный обществу вексель не получилъ никакой валюты, соотвѣтственной суммѣ выданнаго обязательства. Правительствующій Сенатъ, устанавливая то общее правило, что, по смыслу 547 ст. уст. о вексел., споръ о безденежности векселей недопустимъ, по отношенію дальнѣйшихъ векселепринимателей, вовсе не распространяетъ этого правила на перваго векселепринимателя (рѣш. 1873 г. 12 сентября по дѣлу Куркина съ Тупицынымъ); онъ требуетъ только, чтобы безденежность въ этомъ отношеніи выражалась бы не въ замѣнѣ одной валюты другою (рѣш. 1871 г. № 564) и доказывалась бы не свидѣтельскими показаніями (рѣш. 1871 г. № 724 и 1872 г. № 821). По разъясненію Сената законъ не только не отнимаетъ у векселедателя права требовать неполученной валюты (549 и 551 ст. уст. о векс.), но даже не ограничиваетъ это право какимъ либо срокомъ (рѣш. 1869 г. № 254). На этомъ основаніи, имѣя въ виду, что Парусиновъ не получилъ отъ общества ни денегъ, ни другаго имущества или какого либо права, онъ, Блюммеръ, предъявляетъ къ Саратовскому обществу взаимнаго кредита встрѣчный искъ, прося судъ постановить объ обязаніи общества, въ видѣ убытковъ, возвратить Парусинову выданный имъ вексель въ 25,000 руб., предоставивъ обществу право получить обратно векселя Кожевникова. Правильность такого требованія подтверждается еще слѣдующимъ соображеніемъ: по закону, за уничтоженіемъ какого либо договора, участвовавшіе въ немъ становятся въ то положеніе, какое было до заключенія договора. Естественно поэтому, что за уничтоженіемъ купчей крѣпости отъ 4 марта 1876 г. на домъ Кожевникова, какъ Кожевниковъ или замѣняющее его учрежденіе вслѣдствіе его несостоятельности, такъ и общество взаимнаго кредита, а равно и Парусиновъ не только не обязаны сохранять отношеній, вытекающихъ изъ уничтоженной купчей крѣпости, но прямо должны возвратиться въ положеніе, въ которомъ находились до совершенія договора купли-продажи, т. е. Кожевниковъ долженъ получить обратно домъ (онъ и получилъ его) и заплатить лежащій на этомъ домѣ долгъ, а Парусиновъ долженъ быть избавленъ отъ платежа долга за Кожевникова (ст. 1934 уст. торг. несост.). На основаніи всего изложеннаго Блюммеръ просилъ судъ: 1) въ первоначальномъ искѣ обществу отказать, обязавъ его возвратить Парусинову представленный ко взысканію вексель; 2) привлечь въ качествѣ 3 лица конкурсное управленіе по дѣламъ несостоятельнаго Кожевникова и признать его обязаннымъ погасить долгъ Кожевникова обществу въ 25,000 руб., переведенный на Парусинова. Саратовскій окружный судъ удовлетворилъ искъ Саратовскаго общества взаимнаго кредита и отказалъ Парусинову во встрѣчномъ искѣ. Рассмотрѣвъ апелляціонную жалобу повѣреннаго Парусинова, Блюммера, Саратовская судебная палата нашла: правильность настоящаго иска Блюммеръ опровергаетъ тѣмъ: 1) что по представленному ко взысканію векселю его довѣритель никакой валюты не получилъ и хотя рѣшеніями Правительствующаго Сената установлено общее правило, что споръ о