98.—1878 г. марта 15 и мая 22 чиселъ. По прошенію цехового Ивана Быкова объ отмѣнѣ рѣшенія Московской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующ. Сенаторъ А. Е. Матюнинъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ Н. Г. Принтцъ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора І. И. Карницкій).
20 января 1875 года цеховой Быковъ выдалъ губернскому секретарю Ложкину явленную у московскаго нотаріуса Барсова за № 180 довѣренность, въ которой въ началѣ изъяснено: „уполномочиваю васъ на завѣдываніе моимъ имѣніемъ и всѣми безъ изъятія дѣлами моими, какого бы рода и свойства они ни были“; а затѣмъ перечислены уполномочія, исключительно относящіяся до ходатайства по чужимъ дѣламъ въ судебныхъ и административныхъ установленіяхъ. На основаніи такого уполномочія Ложкинъ 24-го февраля 1875 года выдалъ кандидату правъ Николаю Тростянскому довѣренность на ходатайство о взысканіи съ инженеръ-капитана Ромейка 849 руб. Согласно этой послѣдней довѣренности 13 августа 1875 года Тростянскій и предъявилъ въ Московскомъ Окружномъ Судѣ искъ, но затѣмъ въ засѣданіе 19 ноября 1875 года явился самъ Ложкинъ, предъявивъ подлинную довѣренность, и былъ допущенъ къ участію въ производствѣ. Московскій Окружный Судъ отказалъ Быкову въ искѣ, на какое рѣшеніе Ложкинъ и принесъ апелляціонную жалобу. Московская Судебная Палата, разсматривая эту жалобу, остановилась на вопросѣ: слѣдуетъ ли признать Ложкина имѣющимъ полномочіе на принесеніе отъ имени Быкова апелляціонной жалобы? По этому вопросу Палата въ постановленіи 10 іюня 1876 г. высказала слѣдующія соображенія: „изъ статьи 389 Учр. Судеб. Установл. и 1 п. правилъ 25 мая 1874 года о лицахъ, имѣющихъ право быть повѣренными по судебнымъ дѣламъ, усматривается, что лица, не принадлежащія къ сословію присяжныхъ повѣренныхъ и не имѣющія установленнаго для ходатайства по чужимъ дѣламъ свидѣтельства, могутъ быть уполномочены на веденіе дѣла въ общихъ судебныхъ установленіяхъ лишь лицами, съ которыми они находятся въ особыхъ отношеніяхъ, точно обозначенныхъ въ 389 статьѣ, къ числу которыхъ принадлежитъ завѣдываніе по довѣренности имѣніемъ или дѣлами ихъ довѣрителей. Изъ сего очевидно, что завѣдываніе имѣніемъ или дѣлами, какъ составляющее особое юридическое условіе, въ силу котораго допускается исключеніе изъ общаго правила о хожденіи по чужимъ дѣламъ, должно быть положительно удостовѣрено установленнымъ для этого порядкомъ. Законъ прямо указываетъ, что для того, чтобы завѣдывающій имѣніемъ или дѣлами извѣстнаго лица могъ быть на этомъ основаніи уполномоченъ симъ лицомъ на судебное ходатайство, онъ долженъ завѣдывать имѣніемъ или дѣлами по довѣренности. А такъ какъ 1) во всякой довѣренности довѣритель долженъ объяснить, что онъ во всемъ, что повѣренный его по довѣренности сдѣлаетъ, ему вѣрить и спорить и прекословить не будетъ (2307 стат. Т. X ч. I), и 2) все сдѣланное повѣреннымъ на основаніи данной ему довѣренности, хотя бы то было и ко вреду довѣрителя, остается въ своей силѣ, но при семъ повѣренный обязанъ не выходить изъ предѣловъ довѣренности и въ правѣ производить только то, что ему по точному содержанію оной дозволено (2326 ст. Т. X ч. I), то отсюда необходимо слѣдуетъ, что въ довѣренности на завѣдываніе имѣніемъ или дѣлами должно быть точно объяснено содержаніе полномочій, даваемыхъ повѣренному; другими словами, опредѣлены предѣлы правъ и обязанностей, изъ которыхъ повѣренный обязанъ не выходить и въ которыхъ его дѣйствія признаются обязательными для его довѣрителя. Если же въ довѣренности сіи существенныя условія не соблюдены и изъ оной не усматривается, изъ какихъ именно дѣйствій состоитъ поручаемое повѣренному завѣдываніе имѣніемъ или дѣлами, то само собою разумѣется, что такъ какъ подобная довѣренность не можетъ предоставлять повѣренному никакихъ правъ и не возлагаетъ на него никакихъ обязанностей въ отношеніи поручаемыхъ ему имѣній или дѣлъ, то его нельзя признать завѣдывающимъ по довѣренности симъ имѣніемъ или дѣлами, а потому и