7.—1877 г. января 13-го дня. По прошенію повѣреннаго прусскаго подданнаго Павла Геннера объ отмѣнѣ рѣшенія Московской Судебной Палаты (1 Гражданскаго Департамента).
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ Н. П. Талквистъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ Г. Н. Мотовиловъ; заключеніе давалъ и. о. Товарища Оберъ-Прокурора И. Я. Голубевъ).
Павелъ Геннеръ предъявилъ искъ объ уничтоженіи завѣщанія его брата Василія Геннера, составленнаго въ пользу его вдовы, Екатерины, по второму браку Эннерсъ, объясняя, что завѣщатель при составленіи завѣщанія не былъ, вслѣдствіе болѣзни, въ здравомъ умѣ и твердой памяти; что завѣщаніе писано не со словъ его и не было имъ самимъ предъявлено рукоприкладчику и свидѣтелямъ. Московскій Окружный Судъ отказалъ въ этомъ искѣ, признавъ недоказаннымъ родство истца съ завѣщателемъ. Московская Судебная Палата, согласно просьбѣ апеллятора Геннера, постановила о допросѣ выставленныхъ имъ свидѣтелей, назначивъ допросъ на 18 ноября 1874 года, но въ засѣданіи этого числа, вслѣдствіе прошенія повѣреннаго истца о пріостановленіи гражданскаго производства, въ виду начавшагося по жалобѣ Геннера уголовнаго слѣдствія о подложномъ составленіи завѣщанія, Палата, на основаніи ст. 8 Уст. Гр. Судопроизвод., пріостановила производство дѣла и отпустила явившихся по ея вызову свидѣтелей истца. Возникшее слѣдствіе прекращено опредѣленіемъ Судебной Палаты по ст. 277 Уст. Угол. Суд., и повѣренный Геннера, представивъ въ Палату 22 протокола свидѣтельскихъ показаній, данныхъ на предварительномъ слѣдствіи, просилъ по поводу противорѣчій въ этихъ показаніяхъ относительно болѣзни завѣщателя и составленія завѣщанія допросить указанныхъ имъ 13 свидѣтелей. Московская Судебная Палата, находя, что свидѣтели, по просьбѣ истца, были уже вызываемы въ засѣданіе 18-го ноября 1874 года, не допрошены вслѣдствіе пріостановленіи производства по заявленію истца; что повѣренный истца самъ представилъ протоколы данныхъ судебному слѣдователю показаній и что они достаточно разъяснили вопросъ о дѣйствительности завѣщанія, признала требованіе о допросѣ свидѣтелей незаслуживающимъ уваженія и на основаніи свидѣтельскихъ показаній, записанныхъ въ протоколы судебнаго слѣдователя, оставила рѣшеніе Окружнаго Суда въ силѣ. Присяжный повѣренный Герке, по довѣренности Геннера, проситъ объ отмѣнѣ рѣшенія Палаты, по нарушенію ст. 9, 406, 409 и 339 Уст. Гр. Суд., 1046, 1049, 1050 и 1053 X Т. I ч. Св. Зак., объясняя, что, не допросивъ свидѣтелей, Палата лишила истца возможности спросить ихъ подъ присягой и при перекрестномъ допросѣ и что Палата разрѣшила гражданское дѣло на основаніи свидѣтельскихъ показаній, данныхъ при производствѣ уголовнаго слѣдствія, которое преслѣдовало иныя цѣли, нежели судъ гражданскій.
Правительствующій Сенатъ находитъ, что къ числу доказательствъ, допускаемыхъ по гражданскимъ дѣламъ, законъ относитъ и показанія свидѣтелей (ст. 370—411 Уст. Гражд. Судопр.); судъ, основывая свое рѣшеніе на свидѣтельскихъ показаніяхъ, обязанъ опредѣлить ихъ силу, смотря по достовѣрности свидѣтеля, ясности, полнотѣ и вѣроятности показанія, и привести въ своемъ рѣшеніи тѣ основанія, по которымъ свидѣтельскія показанія приняты имъ за доказательство (стат. 411); но для того, чтобы судъ, былъ въ состояніи выполнить налагаемую на него закономъ обязанность въ отношеніи оцѣнки свидѣтельскаго показанія, „смотря по достовѣрности свидѣтеля, ясности, полнотѣ и вѣроятности его показанія“, необходимо, что судъ, постановляющій рѣшеніе на основаніи оцѣнки этого показанія, самъ лично