233.—1877 года августа 3 дня. По прошенію дворянина Валеріана Новинскаго объ отмѣнѣ рѣшенія Екатеринбургскаго Мирового Съѣзда.
(Предсѣдательствовалъ за Первоприсутствующаго и докладывалъ дѣло Сенаторъ М. Ѳ. Гедда; заключеніе давалъ Тов. Оберъ-Прокурора Е. Е. Ковалевскій).
Выслушавъ заключеніе Товарища Оберъ-Прокурора, Правительствующій Сенатъ находитъ, что предметъ настоящаго дѣла заключается въ искѣ Новинскаго съ Трапезниковой неустойки 50 рублей и убытковъ за нарушеніе Трапезниковою домашняго письменнаго договора о наймѣ у нея Новинскимъ квартиры. Новинскій въ кассаціонной жалобѣ проситъ Правительствующій Сенатъ отмѣнить рѣшеніе Екатеринбургскаго Съѣзда Мировыхъ Судей, потому что рѣшеніе сіе постановлено въ нарушеніе 105, 112, 129 стат. Устава Гражданск. Судопроизводства и стат. 1536, 1538 Т. X ч. I. Нарушенія сіи проситель видитъ въ томъ, что а) Трапезникова сознала подписанное ею условіе, а также то обстоятельство, что она сама его нарушила, и потому Съѣздъ не могъ допустить спроса свидѣтелей; б) отреченіе отъ права требовать по письменному договору должно быть письменное; в) Съѣздъ не просилъ заключенія Товарища Прокурора, тогда какъ половина присужденной Судьею суммы пожертвована просителемъ въ дѣтскій пріютъ, и г) приведенная Съѣздомъ стат. 1545 и 1547 Т. X ч. I къ дѣлу сему не относятся, такъ какъ договоръ ни обоюдно, ни односторонне не уничтоженъ. Принимая во вниманіе: во-1-хъ) что настоящее дѣло возникло и производилось между двумя частными лицами и изъ того, что истецъ заявилъ у Мирового Судьи желаніе половину искомой имъ суммы передать въ пользу дѣтскаго пріюта, дѣло сіе не содѣлалось дѣломъ казеннаго управленія, и, слѣдовательно, по оному, согласно 179 ст. Уст. Граждан. Судопроизв., вовсе не требовалось заключенія Товарища Прокурора; во-2-хъ) что свидѣтельскія показанія были допущены въ подтвержденіе возраженія отвѣтчицы о томъ, что истецъ самъ согласился оставить квартиру, то-есть въ подтвержденіе факта выѣзда его изъ дома Трапезниковой по собственной его волѣ, какое обстоятельство, какъ и вообще всякій фактъ нарушенія договора тѣмъ или другимъ дѣйствіемъ, конечно, не можетъ принадлежать къ числу тѣхъ, кои подлежатъ подтвержденію лишь письменными актами, ибо немыслимо, чтобы нарушитель договора согласился выдать письменное удостовѣреніе о фактѣ сдѣланнаго имъ нарушенія договора, и самый выѣздъ Новинскаго изъ дома Трапезниковой ранѣе срока договора, при отсутствіи всякаго принужденія его къ тому надлежащей властью и при необязательности для него требованія по сему предмету Трапезниковой, буде таковое дѣйствительно было ею заявлено, доказываетъ уже, что Новинскій выѣхалъ по собственной волѣ, и въ-3-хъ) что засимъ хотя Съѣздъ въ рѣшеніи своемъ и сдѣлалъ ссылку на статьи 1545 и 1547 Тома X части I, къ дѣлу сему прямого отношенія не имѣющія, какъ говорящія объ уничтоженіи или измѣненіи договоровъ письменныхъ, тогда какъ въ дѣлѣ семъ Съѣздъ установилъ, что свидѣтельскими показаніями подтверждено нарушеніе договора, но одно неправильное указаніе въ рѣшеніи на законъ, какъ сіе неоднократно пояснялось Правит. Сенатомъ, не можетъ вести къ отмѣнѣ рѣшенія, буде соображенія, на коихъ оно основано, не противорѣчатъ закону, Правительствующій Сенатъ находитъ, что всѣ приводимые Новинскимъ къ отмѣнѣ рѣшенія Съѣзда доводы не имѣютъ правильнаго основанія, а потому опредѣляетъ: кассаціонную жалобу его, на основаніи 186 ст. Уст. Гр. Суд., оставить безъ послѣдствій, о чемъ Екатеринбургскому Съѣзду Мировыхъ Судей дать знать указомъ съ возвращеніемъ дѣла, и при этомъ предписать Съѣзду подшитую и про-