578.—1876 года мая 27 и декабря 22 чисель. По прошенію повѣреннаго коллежскаго совѣтника Павла Трегубова, присяжнаго повѣреннаго Ѳеодора Веселовскаго, объ отмѣнѣ рѣшенія Харьковской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ за Первоприсутствующ. Сенаторъ Г. А. Гизетти; докладывалъ дѣло Сенаторъ М. Ф. Гедда; заключеніе давалъ и. о. Товарища Оберъ-Прокурора П. Н. Николаевъ).
Повѣренный коллежскаго совѣтника Трегубова, кандидатъ правъ Веселовскій, 25 сентября 1873 года предъявилъ въ Полтавскомъ Окружномъ Судѣ по заемному письму вдовы коллежскаго совѣтника Екатерины Пашенковой искъ къ статскому совѣтнику Аѳанасію, поручику Павлу Тимченкамъ и вдовѣ статскаго совѣтника Екатеринѣ Куриловой, какъ наслѣдникамъ помянутой Пашенковой. По воспослѣдованіи рѣшенія Окружнаго Суда о взысканіи съ отвѣтчиковъ въ пользу Трегубова по заемному письму 3588 руб. 5 коп. съ % съ 25 сентября 1873 года, дѣло по апелляціи Тимченковыхъ и Куриловой поступило на разсмотрѣніе Харьковской Судебной Палаты. Палата нашла, что въ этомъ дѣлѣ разрѣшенію ея представляется въ числѣ другихъ тотъ вопросъ, обязательно ли для отвѣтчиковъ платить долги Екатерины Пашенковой. Разрѣшеніе этого вопроса въ томъ или другомъ смыслѣ зависитъ главнымъ образомъ отъ рѣшенія вопроса о томъ, къ какого рода актамъ—къ дарственнымъ или завѣщательнымъ—слѣдуетъ отнести запись 5 го марта 1820 года, коею Пашенкова все недвижимое и движимое имѣніе свое, въ какомъ бы родѣ оное ни состояло, и крестьянъ записала въ вѣчное и потомственное владѣніе брату своему Андрею Аѳанасьевичу (Тимченкову), женѣ его и наслѣдникамъ полностью съ тѣмъ, что все „то имѣніе остается по жизнь Пашенковой въ ея владѣніи и распоряженіи по собственной волѣ, а по смерти ея вступить ему, брату ея, и владѣть и распоряжаться по волѣ своей“. Въ самой записи изъяснено, что она совершена на основаніи Литовскаго Статута, а изъ содержанія ея очевидно, что тутъ разумѣется раздѣлъ 7 статута артикулъ 5, въ которомъ сказано такъ: „§ 1—узаконяемъ, что ежели кто запишетъ законнымъ образомъ имѣніе или крестьянъ съ тѣмъ, чтобы оно досталось по его смерти, а получившій запись умретъ прежде записавшаго, то позволяется ему записать оное другому, кому заблагоразсудитъ. Но если бы получившій таковую запись былъ еще въ живыхъ, а уничтожившій запись потомъ то же самое записалъ другою записью кому-нибудь другому, то первая запись остается въ своей силѣ, а послѣдняя должна быть уничтожена. § 2—равнымъ образомъ, если бы кто, и продавъ одному имѣніе, крестьянъ или землю, а послѣ то же самое продалъ кому другому, то право перваго покупщика остается въ своей силѣ, послѣдній же имѣетъ отыскивать своихъ денегъ на продавцѣ“. Сличая запись Пашенковой съ приведенными постановленіями Литовскаго Статута, нельзя не усмотрѣть, что актъ этотъ по существу содержащихся въ немъ распоряженій совмѣщаетъ въ себѣ всѣ признаки записей, о которыхъ говорится въ 5 артикулѣ 7 раздѣла. Полтавскій Окружный Судъ въ виду того, что Екатерина Пашенкова, записавъ свое имѣніе Тимченковымъ, предоставила имъ владѣть и распоряжаться этимъ имѣніемъ только по смерти своей, и что всякій актъ, посредствомъ котораго имѣніе распредѣляется на случай смерти, есть