354.—1876 г. августа 11-го дня. По прошенію отставного унтеръ-офицера Степана Соколова объ отмѣнѣ рѣшенія Тверскаго Мирового Съѣзда.
(Предсѣдательствовалъ за Первоприсутствующ. Сенаторъ М. В. Полѣновъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ М. Ѳ. Гедда; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Е. Е. Ковалевскій).
Отставной унтеръ офицеръ Соколовъ проситъ Правительствующій Сенатъ отмѣнить рѣшеніе Тверскаго Съѣзда Мировыхъ Судей по иску его о понужденіи коллежскаго регистратора Львовича очистить занимаемое симъ послѣднимъ въ домѣ просителя помѣщеніе. Изъ дѣла видно, что по разсмотрѣніи онаго Тверской Съѣздъ Мировыхъ Судей нашелъ, что основаніемъ иска служитъ представленный документъ, въ коемъ сказано: „1859 года сентября 21 дня я нижеподписавшійся отставной унтеръ-офицеръ Степанъ Вавиловъ Соколовъ, находясь въ здравомъ умѣ и памяти, мнѣ заблагоразсудилось, чтобы нареченный женихъ моей дочери, Маріи, унтеръ-офицеръ 32 пѣхотнаго резервнаго баталіона Алексѣй Степановъ Львовичъ, по совершеніи бракосочетанія его съ дочерью, при жизни моей жили бы безпрепятственно въ имѣющемъ мною собственномъ домѣ, находящемся въ 1 части въ 4 кварт. Смоленской улицѣ г. Твери, и я, Соколовъ, симъ условіемъ обязуюсь, чтобы домъ, теперь принадлежащій мнѣ безъ согласія на то будущаго зятя моего Львовича не продавать и никому таковаго не отказывать. Послѣ же смерти...“ и т. д. приложены 3 креста Соколовымъ и по безграмотству его расписался Андреянъ Соколовъ. Затѣмъ подписи свидѣтелей: священника Крылова, Ѳеодора Герницына, Владимира Платонова; въ подписяхъ свидѣтелей сказано: при условіи находились. Документъ этотъ хотя и не явленъ, но какъ подписанный по безграмотству Соколова другимъ лицомъ при свидѣтеляхъ и неоспоренный въ подлинности, согласно 458 ст. Уст. Гр. Суд., имѣетъ силу акта засвидѣтельствованнаго; теперь подлежитъ разрѣшенію, къ какого роду актовъ онъ можетъ быть примѣненъ и затѣмъ насколько можетъ быть обязателенъ для сторонъ. Представленнымъ документомъ Соколовъ предоставилъ унтеръ-офицеру Львовичу, по вступленіи имъ въ бракъ съ дочерью Соколова, помѣщеніе въ его домѣ съ обязательствомъ тотъ домъ не продавать; затѣмъ въ этомъ документѣ слѣдуютъ послѣсмертныя распоряженія Соколова. Документъ этотъ, имѣя главнымъ основаніемъ безпрепятственное помѣщеніе Львовичей въ домѣ Соколова, долженъ быть причисленъ къ общимъ договорамъ, такъ какъ при несоблюденіи нотаріальнаго порядка онъ не можетъ имѣть силы крѣпостного акта, какъ бы слѣдовало, если бы Соколовъ хотѣлъ бы выдать дочери своей рядную запись или актъ на недвижимость. По 1528 ст. Х. Т. ч. I договоръ составляется по взаимному согласію договаривающихся лицъ, предметомъ его могутъ быть или имущество или дѣйствіе лицъ, цѣль его должна быть непротивна закону; въ 1529 ст. исчислены причины, по которымъ считаются обязательства ничтожными, а 1530 ст. договаривающимся сторонамъ оставляется на волю включить въ договоръ, по обоюдному согласію и по ихъ усмотрѣнію, всякія условія, законамъ не противныя. Въ договорѣ, заключенномъ Львовичемъ съ Соколовымъ, нѣтъ ни одной причины, указанной въ 1529 ст., которая бы вела къ уничтоженію договора, а потому этотъ договоръ имѣетъ обязательную силу для договаривающихся сторонъ во всемъ томъ, что допускаетъ законъ совершать явочнымъ порядкомъ, и онъ можетъ быть уничтоженъ, по силѣ 1545 стат., только по обоюдному согласію договаривающихся сторонъ. Считать же подобные договоры неимѣющими силы—значило бы лишить одну изъ договаривающихся сторонъ ему принадлежащихъ правъ, по закону непротивныхъ. Что же касается до 2 части того же документа, то, усматривая въ немъ смыслъ духовнаго завѣщанія, которымъ Соколовъ завѣщаетъ Львовичу послѣ смерти свое имущество, Съѣздъ не находитъ себя въ правѣ входить въ разсмотрѣніе его, потому что всякія распоряженія по духовнымъ завѣщаніямъ имѣютъ силу лишь послѣ смерти завѣщателей. Въ виду изложеннаго и находя приведенные повѣреннымъ законы о духовныхъ завѣщаніяхъ и дарственныхъ записяхъ къ настоящему дѣлу непримѣнимыми и что 1 часть