298.—1876 г. мая 14 дня. По прошенію вдовы коллежскаго совѣтника Александры Щировской объ отмѣнѣ рѣшенія Екатеринославскаго Мирового Съѣзда.
(Предсѣдательствовалъ за Первоприсутствующ. Сенаторъ Г. А. Гизетти; докладывалъ дѣло Сенаторъ бар. Ө. Ө. Штакельбергъ; заключеніе давалъ Товар. Оберъ-Прокурора Е. Е. Ковалевскій).
Вдова коллежскаго совѣтника Александра Щировская заключила 13 ноября 1873 г. съ крестьянами Иваномъ и Александромъ Шупиковыми условіе, явленное у нотаріуса, о покупкѣ у нихъ находящейся въ квартирѣ ихъ движимости, которая по тому же условію оставлена покупщицею на храненіе у продавцевъ до того времени, пока она, Щировская, признаетъ удобнымъ забрать движимость. Въ январѣ 1874 г. судебный приставъ по исполнительному листу Мирового Судьи описалъ означенную движимость за долгъ Шупиковыхъ купцу Компановскому, вслѣдствіе чего повѣренный Щировской обратился къ Мировому Судьѣ съ искомъ объ освобожденіи отъ ареста означеннаго имущества, какъ составляющаго собственность не Шупиковыхъ, а его довѣрительницы, Щировской, въ доказательство чего представилъ подлинный контрактъ. Екатеринославскій Съѣздъ Мировыхъ Судей по апелляціи Щировской нашелъ, что Щировская, купивъ у Шупиковыхъ движимое имущество и оставивъ его на храненіи у продавцевъ, обязана была заключить новый договоръ, согласно 2104 ст. X Тома I ч., для договоровъ объ отдачѣ на храненіе установленный, или же въ силу того же самаго договора опредѣлить по крайней мѣрѣ срокъ на принятіе отъ продавцевъ купленнаго имущества. Посему Съѣздъ, не признавая за Щировской права собственности на описанное въ квартирѣ Шупиковыхъ имущество, по претензіи къ нимъ Компановскаго, опредѣлилъ: состоявшееся по сему дѣлу рѣшеніе Мирового Судьи, какъ правильное, утвердить. Ходатайствуя объ отмѣнѣ этого рѣшенія по нарушенію 1530 ст. X Тома I ч. и неправильному примѣненію 2014 стат. X Тома I ч., Щировская объясняетъ, что договоръ ея съ Шупиковыми есть только договоръ купли-продажи съ условіемъ о сохраненіи продавцами вещей до сдачи ей, Щировской; что условіе это не противно закону и что необходимость опредѣленія срока пріема купленныхъ вещей вовсе не вытекаетъ изъ закона.
Выслушавъ заключеніе Товарища Оберъ-Прокурора, Правительствующій Сенатъ находитъ, что статья 1530 X Тома I-й части разрѣшаетъ сторонамъ включать по ихъ усмотрѣнію въ договоры всякія непротивныя законамъ условія. Къ подобнымъ условіямъ слѣдуетъ отнести и включенное сторонами въ настоящій договоръ о продажѣ движимости условіе, по которому проданныя вещи остаются на храненіи у продавцевъ до востребованія ихъ покупщицею. Посему Мировой Съѣздъ вполнѣ неправильно истолковалъ это условіе сдѣлки купли-продажи, въ смыслѣ самостоятельнаго отдѣльнаго договора, который, будто бы, не могъ быть соединенъ въ одномъ актѣ съ договоромъ о куплѣ-продажѣ; хотя же затѣмъ Съѣздъ въ отступленіе отъ