801.—1875 года октября 23 дня. По прошенію повѣреннаго мѣщанъ Дарьи и Филиппа Брѣевыхъ, присяжнаго повѣреннаго Чулкова, объ отмѣнѣ рѣшенія Рязанскаго Мирового Съѣзда.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующ. Сенаторъ А. Е. Матюнинъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ М. В. Полѣновъ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора кн. А. Н. Трубецкой).
Крестьяниномъ Яковомъ Корягинымъ былъ предъявленъ у Мирового Судьи Рязанскаго уѣзда искъ о взысканіи съ мѣщанина Тараса Брѣева 300 руб. по распискѣ такого содержанія: „1868 года іюня 26 дня я, Тарасъ Брѣевъ, далъ сію расписку крестьянамъ Михаилу Куранову и Якову Корягину въ томъ, что продалъ имъ сосновыхъ дровъ 500 саж. съ моею доставкою на Сергіевскую станцію и выкладкою въ полѣницы, цѣною по 3 руб. за сажень. Поставку начать съ перваго пути, кончить въ декабрѣ 1868 г., задатка я получилъ 500 р., а остальные по поставкѣ ста сажень“. Затѣмъ слѣдуетъ подпись: „Тарасъ Михайловъ Брѣевъ руку приложилъ и деньги триста рублей получилъ“. Отвѣтчикъ Тарасъ Брѣевъ предъявилъ у Мирового Судьи споръ о подлогѣ этой расписки, вслѣдствіе чего вопросъ о подлогѣ поступилъ на разсмотрѣніе Рязанскаго Окружнаго Суда. Но прежде, нежели повѣстка о представленіи доказательствъ подлога была доставлена Тарасу Брѣеву, послѣдній умеръ и таковая повѣстка, по просьбѣ со стороны Корягина, была сообщена вдовѣ Тараса Брѣева, Дарьѣ, какъ опекуншѣ надъ имѣніемъ и дѣтьми умершаго ея мужа. Затѣмъ при производствѣ въ Окружномъ Судѣ дѣла о подлогѣ означенной расписки повѣренный Дарьи Брѣевой заявилъ въ засѣданіи Суда 16 октября 1870 года, что, кромѣ несходства подписи Брѣева на распискѣ съ подписью на другихъ несомнѣнныхъ документахъ, другихъ доказательствъ подлога не имѣетъ. Въ виду сего Окружный Судъ постановилъ произвести сличеніе почерковъ Брѣева и, на основаніи показаній экспертовъ, призналъ расписку отъ 26 іюня 1868 года подложною. На это опредѣленіе Окружнаго Суда повѣренный Корягина принесъ жалобу Московской Судебной Палатѣ, которая нашла, что, за пропускомъ