457.—1875 г. мая 8-го дня. По прошенію коллежскаго ассессора Адольфа Тольха объ отмѣнѣ рѣшенія Московскаго Столичнаго Мирового Съѣзда по дѣлу о взысканіи имъ съ капитана Аполлона Милохова 150 руб.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ А. Е. Матюшинъ: докладывалъ дѣло Сенаторъ В. Г. Коробьинъ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ Прокурора князь А. Н. Трубецкой).
Выслушавъ заключеніе Товарища Оберъ Прокурора, Правительствующій Сенатъ находитъ, что у Мирового Судьи искъ былъ начатъ повѣреннымъ коллежскаго ассесора Адольфа Тольха, коллежскимъ секретаремъ Александромъ Окуневымъ; на рѣшеніе Мирового Судьи принесъ Московскому Столичному Мировому Съѣзду апелляціонную жалобу самъ истецъ Тольхъ и указалъ свое мѣстожительство Арбатской части 5 квартала, въ домѣ Врасской; тѣмъ не менѣе Мировой Съѣздъ о назначенномъ днѣ засѣданія послалъ повѣстку на имя повѣреннаго Окунева, прописавъ мѣстожительство его Арбатской части, 4 квартала, въ домѣ Смирновской; на экземплярѣ повѣстки, возвращенномъ въ Съѣздъ, написано: „оставилъ въ домѣ, разсыльный Алексѣевъ“; въ засѣданіе Съѣзда явился одинъ отвѣтчикъ, но истецъ Тольхъ и повѣренный его, Окуневъ, не были въ засѣданіи; Мировой Съѣздъ утвердилъ рѣшеніе Мирового Судьи. Изъ изложеннаго видно, что при врученіи повѣстки, посланной на имя Окунева, не былъ соблюденъ порядокъ, установленный 63—66 ст. Уст. Гр. Суд.; по силѣ этихъ правилъ повѣстка должна быть всегда вручена кому либо или: самому вызываемому, или одному изъ его домашнихъ, или завѣдующему его имѣніемъ или домомъ, или одному изъ его сосѣдей, или наконецъ, полицейскому чиновнику; при отдачѣ повѣстки на ней должно быть непремѣнно означаемо время врученія и кому она вручена, хотя бы расписка получателя и не могла быть сдѣлана по неумѣнію или нежеланію расписаться; между тѣмъ, на экземплярѣ повѣстки, имѣющейся при дѣлѣ, не видно ни времени ея врученія, ни того, вручена ли она кому либо изъ указанныхъ въ законѣ лицъ и кому именно, а сказано просто: „оставлена въ домѣ“; что отсутствіе истца и его повѣреннаго на засѣданіи Съѣзда даетъ правильное основаніе заключать, что лица эти были лишены того права давать словесныя объясненія и защищать свое дѣло всѣми указанными въ законѣ способами, которое обезпечиваетъ за ними правильное примѣненіе 171 ст. Уст. Гражд. Судопр., и Мировой Съѣздъ, въ виду неврученія повѣстки въ установленномъ закономъ порядкѣ, не въ правѣ былъ приступать къ слушанію дѣла, не назначивъ новаго дня засѣданія и не сдѣлавъ новаго вызова истца или его повѣреннаго. Такое нарушеніе установленнаго въ законѣ обряда судопроизводства, указываемое Тольхомъ какъ поводъ къ отмѣнѣ рѣшенія Съѣзда, лишаетъ рѣшеніе это силы судебнаго рѣшенія и всегда признавалось Правительствующимъ Сенатомъ нарушеніемъ существеннымъ; посылка же повѣстки не на имя самого апеллятора, а на имя ходатайствовавшаго въ первой инстанціи суда повѣреннаго его, какъ обстоятельство, не обжалованное Тольхомъ въ кассационной жалобѣ, не подлежитъ нынѣ разсмотрѣнію. На этихъ основаніяхъ Правительствующій Сенатъ опредѣляетъ: рѣшеніе Московскаго Столичнаго Мирового Съѣзда, по нарушенію 171 ст. Устава Гражд. Судопр., отмѣнить и дѣло передать для новаго разсмотрѣнія въ Московскій Уѣздный Мировой Съѣздъ.