178.—1874 ГОДА МАРТА 6-ГО ДНЯ. По прошенію крестьянина Федота Голосова объ отмѣнѣ рѣшенія Ставропольскаго (Самарской губ.) Съѣзда Мировыхъ Судей.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ Боронъ Н. Е. ТОРНАУ; докладывалъ дѣло Сенаторъ Г. Н. Мотовиловъ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Н. Я. ГОЛУБЕВЪ).
Степанъ Голосовъ, объясняя, что купилъ у Федота Голосова половину вѣтреной мельницы, выстроенной на общественной землѣ, заплатилъ ему условленную цѣну—335 р., но Федотъ условія ему не выдалъ и отъ пользованія мельницей его устранилъ, просилъ понудить его къ заключенію письменнаго условія или взыскать съ него уплаченные за мельницу 335 р. Отвѣтчикъ возражалъ, что продалъ истцу, по словесному договору, всю мельницу за 660 р., а получилъ отъ него только 329 р. 50 к.—Ставропольскій Съѣздъ Мировыхъ Судей, признавъ, что мельница, хотя бы и на общественной землѣ построенная, составляетъ имущество недвижимое, право собственности на которое не можетъ быть передано по словесному соглашенію, присудилъ отвѣтчика къ возвращенію полученныхъ 329 р. 50 к. Въ просьбѣ объ отвѣнѣ рѣшеніи Федотъ Голосовъ объясняетъ, что Съѣздъ нарушилъ ст. 1513, 1521, 1679, 1680 и 1384 X т. 1 ч. Св. Зак., на основаніи которыхъ онъ вправѣ былъ взять задатокъ за проданное имущество, а судъ обязанъ былъ принудить покупщика взять купленное и заплатить деньги; что, по ст. 81 Уст. Гр. Суд., Степанъ Голосовъ долженъ былъ доказать, что купилъ только половину мельницы; что, по п.п. 2 и 3 ст. 707 X т. 1 ч., переходъ права собственности на имущества производится и домашними актами и самой передачей имущества; что, въ нарушеніе ст. 1536 X т. 1 ч., Съѣздъ разрѣшилъ дѣло несогласно съ договоромъ, заключеннымъ между сторонами; что, вопреки ст. 131 Уст. Гражд. Суд., Съѣздъ постановилъ рѣшеніе не о томъ, о чемъ просилъ истецъ, который ходатайствовалъ о понужденіи его къ заключенію договора, и что, не указавъ закона, которымъ ограждается спорное въ этомъ дѣлѣ право, Съѣздъ нарушилъ ст. 129 и 142 Уст. Гр. Суд.
Правительствующій Сенатъ находитъ, что указаніе просителя на п. п. 2 и 3 ст. 707, ст. 1513 и 1521 X т. 1 ч., относящіеся къ договорамъ купли-продажи движимаго имущества, не можетъ имѣть значенія въ настоящемъ дѣлѣ, въ которомъ рассматривался споръ, возникшій изъ словеснаго договора о продажѣ имущества недвижимаго. Ст. 1384 X т. 1 ч. не нарушена потому, что Съѣздъ и не возбуждалъ вопросъ о правѣ отвѣтчика продать принадлежащую ему мельницу; статьи же 1679 и 1680 X т. 1 ч., предписывающія на запродажу недвижимаго имущества совершать письменный договоръ, не нарушены потому, что Съѣздъ не имѣлъ въ виду письменнаго договора о запродажѣ; напротивъ, рѣшеніе Съѣзда нарушало бы означенныя статьи, еслибъ Съѣздъ призналъ дѣйствительнымъ словесное соглашеніе о запродажѣ недвижимаго имущества. Ссылка просителя на нарушеніе ст. 1536 X т. 1 ч. представляется также неосновательной: Съѣздъ, признавъ, соглас-