782.—1873 года мая 8 и 30 чиселъ. По прошенію повѣреннаго мѣщанина Ивана Владимірцева, кандидата правъ Владиміра Доліо- въ объ отмѣнѣ рѣшенія Ставропольскаго (Самарской губерніи) Мироваго Съѣзда.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ Баронъ И. Е. ТОРНАУ; докладывалъ дѣло Сенаторъ П. П. САЛОМОНЪ; заключеніе давалъ Оберъ-Прокуроръ А. А. КНИРИМЪ.)
Крестьяне Симбирской губерніи, Корсунскаго уѣзда, села Коноплянки, Воробьевъ, Надворновъ и Федотовъ обратились въ мировой судъ съ искомъ о возстановленіи нарушеннаго мѣщаниномъ Иваномъ Владимірцевымъ владѣнія ихъ двумя тысячами пуд. мочала, которая была изготовлена ими изъ лѣса, купленнаго, 5500 деревъ въ Мулловскихъ дачахъ княгини Трубецкой, а 400 деревъ въ дачахъ, снятыхъ той же владѣлицы Мещериновымъ и Ахматовымъ, и сложена на берегу пруда въ дачахъ Княгини Трубецкой; въ подтвержденіе чего представили два условія и двѣ росписки. Отвѣтчикъ Владимірцевъ на разбирательствѣ въ обѣихъ инстанціяхъ доказывалъ неподсудность этого дѣла мировымъ судебнымъ установленіямъ, какъ по 1 пункту 29 ст. Уст. Гр. Суд., потому, что сумма иска превышаетъ 500 руб. такъ и по 4 пункту той же статьи, допускающей иски о нарушеніи владѣнія только недвижимымъ имуществомъ, принадлежность же ему спорнаго мочала дока- зывалъ во 1-хъ) заключеннымъ съ мѣщаниномъ Николаемъ Герлаоновымъ, нота- ріальнымъ порядкомъ, договоромъ, по которому Герлаоновъ перепродалъ Владимір- цеву изъ числа купленнаго у Ахматова и Мещеринова также по формальному дого- вору лѣса, состоящаго Самарской губерніи, Ставропольскаго уѣзда, при селѣ Мул- ловѣ въ дачахъ Княгини Трубецкой 450 десятинъ, со включеніемъ и тѣхъ деся- тинъ, на которыхъ лѣтомъ 1871 года произведена самовольная порубка липовыхъ деревъ съ мочалами, находящимися на берегу Мулловской рѣчки, а во 2-хъ) ро- спиской Герлаонова въ сдачѣ Владимірцеву проданнаго ему лѣса и самоволь- но надранныхъ въ дачѣ продавщицы Корсунскими крестьянами мочалъ въ 12 стогахъ Ставропольскій Мировой Съѣздъ, при обсужденіи заявленнаго Владимірцевымъ от- вода, принялъ во вниманіе, что въ 4 п. ст. 29 Уст. Гр. Суд. говорится о подсуд- ности мировымъ судьямъ исковъ о возстановленіи нарушеннаго владѣнія безъ ука- занія, что иски такого рода могутъ относиться только до недвижимости, что въ
— 1743 —
объяснительныхъ запискахъ къ Уставу Гражд. Судопр. 1863 г. (часть 1 стр. 17), гдѣ излагаются мотивы, бывшіе въ виду составителей Установъ 20 Ноября 1864 года, сказано: «мировой судья въ дѣлахъ о возстановленіи нарушеннаго владѣнія, не входя въ разсмотрѣніе самаго права на владѣніе, долженъ ограничиваться воз- вращеніемъ имущества тому, въ чьемъ владѣніи оно состояло до нарушенія и при- томъ безразлично: относится ли нарушеніе до движимаго или недвижимаго иму- щества;» что слова эти, помѣщенныя подъ 4 п. 29 ст. Уст., изданнаго съ комен- таріями Государственной Канцеляріи, доказываютъ, что упомянутый пунктъ ст. 29 долженъ безразлично относиться какъ къ движимости, такъ и къ недвижимости; что подсудность исковъ о возстановленіи нарушеннаго владѣнія опредѣляется не цѣнностью предметовъ, изъятыхъ изъ владѣнія, а срокомъ, который прошелъ съ момента нарушенія владѣнія. На этихъ основаніяхъ, Мировой Съѣздъ призналъ искъ крестьянъ Воробьева, Федотова и Надворнова противъ Владимірцева подсуд- нымъ мировымъ установленіямъ. Затѣмъ, разобравъ дѣло по существу и непред- рѣшая, какъ сказано въ рѣшеніи Съѣзда 10 Марта 1872 г., вопроса о правѣ соб- ственности на спорное мочало, Съѣздъ остановился на разрѣшеніи вопроса, въ чьемъ дѣйствительномъ владѣніи находилось оно до перевоза его Владимірцевымъ, и при рѣшеніи этого вопроса, Съѣздъ принялъ въ соображеніе, что изъ свидѣтель- скихъ показаній положительно обнаружено, что мочало, сложенное въ 12 стогахъ въ дачѣ Трубецкой на берегу пруда въ 5 верстахъ отъ купленнаго Владимірце- вымъ лѣса, было надрано истцами съ 5500 деревъ, купленныхъ въ дачѣ Трубец- кой и съ 400 деревъ въ дачѣ Мещеринова и Ахматова; что ни Герлаоновъ, ни Владимірцевъ, ни сами, ни чрезъ другихъ людей мочала не сдирали и не возили къ водѣ въ дачѣ Княгини Трубецкой; что сложенное въ стогахъ мочало охранялъ караульщикъ, нанятый истцами, который воспротивился увозкѣ Владимірцевымъ мочала, такъ что Владимірцевъ обращался съ просьбою къ управляющему имѣні- емъ Княгини Трубецкой, прося его приказать караульщику отдать мочало; потомъ уже, получивъ на свою просьбу отказъ, Владимірцевъ самоуправно увезъ мочало, во- преки сопротивленію караульщика; что копія съ контракта о продажѣ Герлаоно- вымъ лѣснаго участка Владимірцеву и подписка Герлаонова о сдачѣ Владимірцеву самовольно надранныхъ мочалъ, могутъ доказывать только фактъ продажи Герлао- новымъ Владимірцеву мочалъ, но никоимъ образомъ не могутъ доказывать, что самъ Герлаоновъ могъ продавать мочало, надранное другими лицами и сложенное на чужой землѣ, и что это мочало находилось въ дѣйствительномъ владѣніи Владимірцева до увоза ихъ, а тѣмъ болѣе бумаги эти не могутъ дать права Вла- димірцеву самоуправно, вопреки сопротивленію приставленныхъ къ мочаламъ ист- цами караульщиковъ, увозить ихъ; что показанія выставленныхъ отвѣтчикомъ свидѣтелей не имѣютъ никакой доказательной силы потому, что тотъ фактъ, что Владимірцевъ приказалъ Михайлову караулить мочало, не служитъ еще доказатель- ствомъ, чтобы мочало это находилось во владѣнія отвѣтчика. Взвѣсивъ приведен- ныя сторонами доказательства по убѣжденію совѣсти, Мировой Съѣздъ призналъ вполнѣ доказаннымъ, что мочало, сложенное въ количествѣ 12 стоговъ въ дачѣ Княгини Трубецкой, до увоза Владимірцевымъ, находилось въ дѣйствительномъ