767.—1873 года мая 24-го дня. По прошенію мѣщанина Дмитрія Торубарова объ отмѣнѣ рѣшенія Малоархангельскаго Мироваго Съѣзда.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ Баронъ Н. Е. Торнау; докладывалъ дѣло Сенаторъ А. О. Гаммъ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Н. Н. Николаевъ.)
Матвій Торубаровъ въ поданномъ 14 Февраля 1872 г. Мировому Судьѣ 1 участка Малоархангельскаго округа прошеніи объяснилъ, что, живя вмѣстѣ съ своимъ братомъ Дмитріемъ и занимаясь различною торговлею, онъ въ 1868 и 1869 годахъ отъ снятыхъ въ аренду садовъ съ товарищами Рудневымъ и Григорьевымъ получилъ барыша на свою собственно часть 630 р. и, купивъ на оные рыбы, передалъ ее для продажи брату своему Дмитрію, который, распродавъ ее, всѣ полученныя деньги взялъ себѣ, а ему не даетъ теперь даже и на торговлю ни копѣйки; а какъ содержаніе ихъ семейства обезпечивается доходами съ дома, въ которомъ они живутъ, эти же деньги должны оставаться неистраченными, то просилъ взыскать съ брата его, Дмитрія, изъ полученныхъ имъ 630 р.—450 р., такъ какъ остальные 180 р. пошли на уплату долговъ умершаго отца ихъ. Въ подтвержденіе справедливости своей претензіи, истецъ ссылался на товарищей своихъ по торговлѣ садами Руднева и Григорьева.—При разбирательствѣ этого дѣла Мировымъ Судьею, отвѣтчикъ Дмитрій Торубаровъ не призналъ предъявленаго къ нему братомъ иска правильнымъ и объяснилъ, что тотъ не былъ самостоятельнымъ товарищемъ Руднева и Григорьева по арендованію садовъ, но жилъ отъ него, отвѣтчика, въ качествѣ работника, за жалованье, но сколько именно получалъ его, онъ не припомнилъ;—что рыбу онъ дѣйствительно привозилъ ему изъ Ростова, продавъ тамъ яблоки, но дѣлалъ это по порученію его, какъ хозяина, и потому онъ не считаетъ себя обязаннымъ давать что либо истцу изъ вырученныхъ отъ продажи рыбы денегъ. Мировой Судья, разсмотрѣвъ настоящее дѣло и допросивъ указанныхъ свидѣтелей, нашелъ, что отвѣтникъ Дмитрій Торубаровъ не отрицаетъ того, что имъ
получены были барыши въ количествѣ 630 р. изъ аренды садовъ, гдѣ, по показанію свидѣтелей, Матвій Торубаровъ участвовалъ съ Рудневымъ и Григорьевымъ въ торговлѣ, какъ товарищъ, а не какъ работникъ. Затѣмъ, Судья призналъ требованія истца правильными и подлежащими удовлетворенію, какъ подтвержденныя обстоятельствами дѣла, свидѣтельскими показаніями и собственнымъ признаніемъ отвѣтчика въ томъ, что всѣми барышами воспользовался онъ одинъ, не удѣливъ изъ нихъ ничего брату своему Матвію, и потому, на основаніи 81, 102, 112 и 129 ст. Уст. Гражд. Судопр., опредѣлилъ: взыскать съ мѣщанина Дмитрія Торубарова на удовлетвореніе брата его, Матвія Торубарова, 450 руб. Мировой Съѣздъ, разсмотрѣвъ настоящее дѣло по апелляціонной жалобѣ Дмитрія Торубарова и принявъ въ соображеніе объясненія повѣреннаго апеллятора Фирсова, нашелъ, что довѣритель его, еще при жизни своего отца, долгое время жилъ отдѣльно отъ него и своихъ братьевъ, ведя особую торговлю въ лавкѣ, въ которой послѣдніе не имѣютъ никакого участія и доли; что онъ, приглашенный впослѣдствіи отцомъ для управленія только домомъ и хозяйствомъ, не оставлялъ при этомъ своей отдѣльной торговли до настоящаго времени, оставшись жить съ братьями и по смерти отца, и имѣя притомъ общее съ ними въ домѣ содержаніе; что при таковой общей жизни и отдѣльной торговлѣ—Дмитрій Торубаровъ не могъ быть для братьевъ своихъ ничѣмъ инымъ, какъ хозяиномъ только въ домѣ и руководителемъ, а отчасти пособникомъ въ ихъ отдѣльныхъ торговыхъ предпріятіяхъ, причемъ, конечно, никакіе договоры о торговомъ товариществѣ не могли имѣть мѣста; что самостоятельность Матвія Торубарова по арендованію садовъ, а также количество полученныхъ отъ нихъ барышей, доказаны по дѣлу свидѣтельскими показаніями; Дмитрій же Торубаровъ, напротивъ, ничѣмъ не подтвердилъ того обстоятельства, что онъ давалъ въ задатокъ по найму этихъ садовъ свои собственныя деньги, а не полученныя изъ хозяйства и отъ торговли его братьевъ, а равно и того, что изъ нихъ Матвій былъ только работникомъ его въ садахъ, такъ какъ самъ онъ, Дмитрій, показалъ, что не знаетъ даже, за какую плату жилъ у него братъ работникомъ; что нераздѣльное полученіе Дмитріемъ Торубаровымъ плодовъ и выручки нисколько не можетъ доказывать того, что сады были арендованы имъ, Дмитріемъ, а не братомъ его Матвіемъ, потому, что онъ, Дмитрій, распоряжался, независимо своей отдѣльной торговли, и общимъ еще хозяйствомъ и, слѣдовательно, долженъ былъ получать всѣ доходы съ него и отъ промысла братьевъ, хотя доходы эти, за отдѣленіемъ соотвѣтствующей части на содержаніе дома и семейства, составляли неотъемлемую и полную собственность каждаго пріобрѣтателя, подобно особой лавкѣ Дмитрія; что при такомъ общемъ хозяйствѣ и жизни, но при раздѣльной торговлѣ, весьма употребительныхъ въ бѣдныхъ здѣшнихъ мѣщанскихъ семействахъ, полученіе Матвіемъ Торубаровымъ росписки отъ брата Дмитрія при сдачѣ въ его лавку, для распродажи, пріобрѣтенной на барыши отъ садовъ рыбы, представляется неудобнымъ, а молчаніе со стороны Матвія объ этихъ своихъ деньгахъ съ 1867 года показываетъ не болѣе какъ только то, что Дмитрій распоряжался ими во все это время добросовѣстно и согласно съ принятымъ обычаемъ, до самыхъ тѣхъ поръ, когда онъ, заарендовавъ отдѣльно для себя постоялый дворъ, захотѣлъ оставить общую семейную жизнь и отказалъ при этомъ Матвію въ его деньгахъ, назвавъ