689.—1873 года мая 10-го дня. По прошенію купца Козьмы Губарева объ отмѣнѣ рѣшенія Малоархангельскаго Мироваго Свѣзда.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ Баронъ Н. Е. ТОРНАУ; докладывалъ дѣло Сенаторъ М. Ѳ. ГЕДДА; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Н. Н. НИКОЛАЕВЪ.)
Поручикъ Кирѣевскій обратился къ Мировому Судьѣ 4 участка Малоархангельскаго уѣзда съ прошеніемъ, въ которомъ объяснилъ, что Губаревъ, купивъ у него, просителя, лѣсъ на срубъ, въ контрактѣ, заключенномъ между ними по поводу означенной купли-продажи, обязался, между прочимъ, при конторѣ, находящейся въ купленномъ лѣсу, не держать никакого домашняго скота, кромѣ 2 коровъ и 4-хъ лошадей. Въ случаѣ же нарушенія контракта, Губаревъ обязался неустойкою въ 500 руб. А какъ нынѣ оказалось, что при конторѣ содержится, кромѣ 2-хъ коровъ, еще телка, 2 свиньи и разная птица, которыя произвели потраву на полѣ просителя Кирѣевскаго, о чемъ составленъ былъ волостнымъ старшиною актъ, то онъ, Кирѣевскій, и просилъ Мироваго Судью взыскать съ Губарева 500 р. неустойки за нарушеніе контракта. Повѣренный отвѣтчика Губарева противъ иска Кирѣевскаго возразилъ, что излишній скотъ, противъ означеннаго въ контрактѣ, содержался при конторѣ не Губаревымъ, а работникомъ сего послѣдняго унтеръ-офицеромъ Соколовымъ, безъ вѣдома даже о томъ Губарева, почему и искъ Кирѣевскаго долженъ всецѣло относиться къ одному Соколову. Спрошенный о послѣднемъ обстоятельствѣ унтеръ-офицеръ Соколовъ подтвердилъ показаніе повѣреннаго отвѣтчика о томъ, что, дѣйствительно, за исключеніемъ 2 коровъ, остальная скотина содержалась, безъ вѣдома Губарева, имъ, Соколовымъ. Мировой Судья нашелъ, что показаніями повѣреннаго истца, а равно и Соколова обнаружено, что при конторѣ Губарева содержался излишній скотъ противъ опредѣленнаго въ контрактѣ количества, и что незнаніе о томъ Губарева, если бы оно и было доказано, не избавляетъ его отъ обязанности исполнять договоръ, добровольно заключенный, а потому, признавая контрактъ Губаревымъ нарушеннымъ, на основаніи 12 пункта того же контракта (коимъ опредѣлялась неустойка), а также ст. 81, 102, 105, 112 и 129 Уст. Гр. Суд. и 1536, 1538 т. X ч. 1, опредѣлилъ взыскать съ Губарева въ пользу Кирѣевскаго 500 руб. неустойки. Въ апелляціонной жалобѣ на это рѣшеніе Судьи повѣренный отвѣтчика, указывая на тотъ пунктъ контракта, коимъ опредѣлялось количество скота, могущаго быть содержимымъ при конторѣ Губарева, просилъ Съѣздъ, въ виду неясности смысла означеннаго пункта, примѣнить при объясненіи его ст. 1539 т. X ч. 1, предписывающую объяснять договоры въ случаѣ сомнѣній, по намѣренію и доброй совѣсти сторонъ. Наконецъ, повѣренный отвѣтчика просилъ Съѣздъ обратить вниманіе на то обстоятельство, что со-
— 1549 —
гласно ст. 687 т. X ч. 1, господа и довѣрители отвѣчаютъ только за тѣ дѣйствія своихъ слугъ и повѣренныхъ, которыя совершены по ихъ порученію; между тѣмъ въ настоящемъ случаѣ Соколовъ дѣйствовалъ внѣ всякаго полномочія со стороны Губарева. Въ виду всего изложеннаго повѣренный отвѣтчика просилъ Съѣздъ признать рѣшеніе Мироваго Судьи неправильнымъ. Съѣздъ Мировыхъ Судей, принявъ въ соображеніе 1) что 8 п. договора дозволяетъ Губареву держать при конторѣ въ лѣсу только 2 коровъ и 4-хъ лошадей и что совершенная ясность такого условія не допускаетъ примѣненія къ нему ст. 1539 т. X ч. 1; 2) что ст. 687 т. X ч. 1 тоже не можетъ быть примѣнена къ настоящему дѣлу потому, что она относится до отвѣтственности вѣрителей за причиненные ихъ повѣренными убытки и вредъ, здѣсь же отыскивается не убытокъ, а неустойка по контракту, и 3) что повѣренный Губарева созналъ, что онъ имѣлъ при конторѣ лишній противъ контракта скотъ, посему Съѣздъ опредѣлилъ: рѣшеніе Мироваго Судьи по сему дѣлу утвердить, а апелляціонный отзывъ повѣреннаго отвѣтчика оставить безъ послѣдствій. Отвѣтчикъ Губаревъ проситъ отмѣнить рѣшеніе Съѣзда по нарушенію имъ ст. 1538, 1539 и 687 т. X ч. 1. Нарушеніе статьи 1538 и 1539 т. X ч. 1 проситель видитъ въ томъ, что Съѣздъ, отказавъ просителю примѣнить къ толкованію договора означенныя статьи, неправильно понялъ смыслъ той части контракта, которая опредѣляла право Губарева на содержаніе при конторѣ извѣстнаго количества домашняго скота. Договоромъ, по мнѣнію просителя, опредѣлялось лишь то количество, которое онъ, Губаревъ, имѣлъ право выпустить на пастбище; что же касается до скота, который содержался бы въ замкнутомъ помѣщеніи, то контрактъ вовсе и не касался этого вопроса. Наконецъ, Съѣздомъ нарушена и ст. 687 т. X ч. 1, такъ какъ возлагать отвѣтственность за дѣйствія Соколова на Губарева, не входя въ разсмотрѣніе того, нарушенъ ли договоръ самимъ Губаревымъ, является несогласнымъ съ буквальнымъ смысломъ вышеупомянутой статьи.
По соображеніи жалобы просителя съ обстоятельствами дѣла и съ законами и по выслушаніи заключенія Товарища Оберъ-Прокурора, Правительствующій Сенатъ находитъ, что разрѣшеніе вопроса о томъ, была ли въ данномъ дѣлѣ, при толкованіи контракта, необходимость примѣнить ст. 1538 и 1539 т. X ч. 1 за невозможностію изъяснить цѣль договора его буквальнымъ смысломъ, относится къ разсмотрѣнію дѣла по существу; а какъ, по силѣ ст. 5 Учр. Суд. Уст. и 11 Уст. Гр. Суд., Сенатъ, въ качествѣ инстанціи кассаціонной, не вправѣ входить въ разсмотрѣніе дѣлъ по ихъ существу, то и въ данномъ случаѣ указываемый просителемъ поводъ кассаціи, не можетъ быть принять Сенатомъ къ своему разсмотрѣнію. Переходя, засимъ ко второму, указываемому просителемъ нарушенію ст. 687 т. X ч. 1, Правительствующій Сенатъ находитъ: Съѣздъ изъ смысла договора установилъ тотъ фактъ, что Губареву дозволено держать при конторѣ въ лѣсу только 2 коровъ и 4 лошадей, и что, посему, ст. 687 т. X ч. 1 не можетъ вести къ заключенію объ избавленіи Губарева отъ неустойки по договору, такъ какъ повѣренный его, Соколовъ, сознался о нахожденіи при конторѣ лишняго, противъ контракта, скота. Губаревъ, не отрицая нахожденія помянутаго скота при лѣсной