688.—1873 года мая 10-го дня. По прошенію вольного хлебопашца Гершок-Ейна Кагановскаго объ отмѣнѣ рѣшенія Лохвицкаго Мироваго Сѣзда.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ Баронъ Н. Е. ТОРНАУ, докладывалъ дѣло Сенаторъ М. Ѳ. ГЕДДА, заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Н. Н. НИКОЛАЕВЪ)
Изъ дѣла видно: вольный хлебопашецъ Кагановскій у Мироваго Судьи искъ крестьянина Кожемяки о понужденіи его очистить занимаемую усадьбу и взыскать арендныя за оную деньги опровергалъ тѣмъ, что онъ, Кагановскій, нанимаетъ усадьбу не у Кожемяки, а у повѣреннаго помѣщикомъ Высоцкихъ, Масальскаго, и потому искъ Кожемяки долженъ относиться не къ нему, а къ Масальскому. Мировой Судья изъ представленныхъ истцомъ документовъ усмотрѣлъ, что онымъ вполнѣ доказывается принадлежность грунта, за который идетъ настоящее дѣло, Кожемякѣ, что Кагановскій не могъ этого не знать, ибо, по дѣлу о запродажѣ ему Кожемякою этого грунта, Прилукскій Уѣздный Судъ постановилъ рѣшеніе объ оставленіи онаго за Кожемякой, а Кагановскому присуждено съ сего послѣдняго 205 руб. и по его же, Кагановскаго, претензіи и указанію грунтъ этотъ описанъ судебнымъ приставомъ Полтавскаго Окружнаго Суда и только по уплатѣ Кожемякой Кагановскому присужденной суммы, грунтъ освобожденъ отъ публичной продажи, и что нигдѣ незасвидѣтельствованное условіе Кагановскаго съ Масальскимъ не имѣетъ никакого значенія, и потому Судья призналъ искъ Кожемяки о взысканіи съ Кагановскаго за самовольное проживательство его въ домѣ истца, въ суммѣ 485 руб., правильнымъ и опредѣлилъ взыскать съ него эту сумму и обязать Кагановскаго немедленно удалиться изъ дома Кожемяки. Въ апелляціи на это рѣшеніе Кагановскій доказывалъ, что какъ основаніемъ иска было нарушеніе владѣнія, и какъ самъ истецъ удостовѣрилъ, что Кагановскій грунтъ пользуется пять лѣтъ, то по 4 п. 29 ст. Уст. Гр. Суд. дѣло это неподсудно мировымъ установленіямъ, и что, сверхъ того, Судья приступилъ къ опредѣленію правъ собственности вопреки п. 1 ст. 31 и 73 Уст. Гр. Суд. Посему Кагановскій просилъ Съѣздъ производство по иску Кожемяки прекратить по неподсудности. Принявъ во вниманіе, что самъ Кагановскій объяснилъ, что усадьбою, о которой идетъ дѣло, онъ пользуется по найму отъ Масальскаго, что заключенныя имъ съ Масальскимъ условія, въ виду рѣшенія Прилукскаго Окружнаго Суда, вошедшаго въ законную силу, по дѣлу Кагановскаго съ Кожемякою о сей усадьбѣ, которая оставлена симъ рѣшеніемъ во владѣніи Кожемяки, не могутъ служить подкрѣпленіемъ его отвода по 3 п. 69 ст. Уст. Гр. Суд., что второй отводъ, по 4 п. 29 и 1 п. 31 ст. Уст. Гр. Суд., также не заслуживаетъ уваженія, ибо послѣднее условіе Кагановскаго съ Масальскимъ о наймѣ усадьбы 26 Ноября 1871 года доказываетъ, что пользованіе Кагановскаго усадьбою должно считаться съ этого числа, съ котораго по день предъявленія иска 4 Декабря 1871 г. не прошло 6 мѣсяцевъ, и что Кагановскій не отрицаетъ права собственности и владѣніе Кожемяки на спорную усадьбу и не отрицаетъ занятія той усадьбы въ продолженіи 5½ лѣтъ, безъ платежа Кожемякѣ за такое занятіе, Съѣздъ опредѣлилъ: рѣшеніе Судьи утвердить. Кагановскій проситъ рѣшеніе это отмѣнить
— 1547 —
по нарушенію 4 п. 29, 31, 73, 81, 409 ст. Уст. Гр. Суд. и 420, 432, 1699—1700, 1702 ст. т. X ч. 1 Св. Зак. Нарушенія эти проситель видитъ въ томъ, что Мировой Съѣздъ не обратилъ вниманія, что такъ какъ онъ, Кагановскій, владѣетъ усадьбою въ продолженіи 5½ лѣтъ, то подобное продолжительное нарушеніе владѣнія не можетъ подлежать, въ силу 4 п. 29 ст., разбирательству мировыхъ судебныхъ установленій; что Съѣздъ допустилъ неправильное толкованіе ст. 1702 т. X ч. 1, которая не относится до найма усадьбъ въ деревняхъ, для которыхъ должно быть заключено письменное условіе и свидѣтельскія показанія допускаемы быть не могутъ, что Съѣздъ въ своемъ рѣшеніи руководствовался 420 и 432 ст. X т. ч. 1, тогда какъ, въ силу 1 п. 31 ст. Уст. Гр. Суд., опредѣленіе правъ собственности на недвижимое имущество не подлежитъ разсмотрѣнію мировыхъ судебныхъ установленій; и что, наконецъ, Съѣздъ призналъ, въ виду заключеннаго съ Масальскимъ условія отъ 26 Ноября 1871 г., что именно съ этого числа должно признать начало пользованія спорною усадьбою и что, поэтому, срокъ на вчинаніе иска еще не истекъ, между тѣмъ, какъ срокъ первому условію съ Масальскимъ отъ 2 Декабря 1867 года истекаетъ лишь 1 Января 1872 года.
Выслушавъ заключеніе Товарища Оберъ-Прокурора, Правительствующій Сенатъ находитъ, что возраженіе просителя о нарушеніи Съѣздомъ 1702 ст. т. X ч. 1 неосновательно, такъ какъ Съѣздъ присудилъ взыскать съ Кагановскаго арендныя за усадьбу деньги на основаніи неотрицанія имъ занятія оной въ продолженіи 5½ лѣтъ и, слѣдовательно, Съѣзду не было надобности, въ доказательство факта найма, требовать письменнаго условія. Такъ какъ предметъ дѣла сего заключался въ искѣ арендныхъ денегъ и объ удаленіи Кагановскаго изъ нанимаемой имъ усадьбы, а не въ искѣ о восстановленіи нарушеннаго владѣнія, то указаніе просителя на нарушеніе Съѣздомъ въ дѣлѣ семъ 4 п. 29 и 73 ст. Уст. Гр. Суд. неумѣстно. Равнымъ образомъ неправильно жалуется проситель на нарушеніе Съѣздомъ 1 п. 31 ст. Уст. Гр. Суд., ибо проситель, какъ Съѣздъ установилъ изъ обстоятельствъ дѣла, не отрицалъ права собственности и владѣнія Кожемякою спорною усадьбою, а доказывалъ лишь, что онъ имѣлъ право пользоваться сею усадьбою на основаніи условій, заключенныхъ съ Масальскимъ, и для разрѣшенія собственно вопроса о томъ, въ какой мѣрѣ сіи условія могутъ давать Кагановскому право пользованія усадьбою, Судья и Съѣздъ вошли въ обсужденіе представленныхъ истцомъ документовъ, и какъ въ числѣ сихъ документовъ оказалось рѣшеніе Прилукскаго Уѣзднаго Суда по дѣлу Кагановскаго съ Кожемякою о сей самой усадьбѣ и рѣшеніемъ симъ, вошедшимъ въ законную силу, усадьба оставлена за Кожемякою, съ присужденіемъ Кагановскому лишь 205 руб., то Судья и Съѣздъ признали, что, засимъ, Кагановскій никакъ не можетъ домогаться пользованія усадьбою на основаніи условій, заключенныхъ не съ Кожемякою, а съ Масальскимъ, и слѣдовательно, Съѣздъ не входилъ въ разрѣшеніе вопроса о правѣ собственности на недвижимость, а разрѣшилъ лишь возраженіе арендатора о правѣ его на проживаніе въ усадьбѣ по условію, заключенному съ Масальскимъ, и нашелъ, что условіе сіе, за рѣшеніемъ Уѣзднаго Суда, вошедшимъ въ законную си-