664.—1873 года мая 8-го дня. По прошенію крестьянки Василисы Григорьевой объ отмѣнѣ рѣшенія Тетюшскаго Мироваго Съѣзда, коимъ отказано ей въ искѣ съ общества крестьянъ деревни Большихъ Бахарчей 128 рублей 72 коп., внесенныхъ умершимъ мужемъ ея въ обезпеченіе исправнаго содержанія принадлежащей отвѣтчикамъ мельницы.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ Баронъ Н. Е. Торна; докладывалъ дѣло Сенаторъ П. И. Саломонъ; заключеніе давалъ Оберъ-Прокуроръ А. А. Княгинъ.)
По выслушаніи заключенія Оберъ-Прокурора, разсмотрѣвъ дѣло въ предѣлахъ кассаціонной жалобы крестьянки Григорьевой, Правительствующій Сенатъ нашелъ, что, указывая на противорѣчіе рѣшенія Мироваго Съѣзда съ 81 и 129 ст. Уст. Гр. Суд., просительница не приводитъ никакихъ основаній этого указанія, какъ того требуетъ ст. 798 Уст.; съ своей стороны, Правительствующій Сенатъ не усматриваетъ въ обжалованномъ рѣшеніи нарушенія ни 81 и 129 ст. Уст. Гр. Суд., ни ст. 163 того же Устава и 1536 ст. 1 ч. X т. Зак. Гражд. Объясненіе просительницы, что рѣшеніе Мироваго Судьи, присудившаго исковую сумму, было обжаловано только въ отношеніи принятія Судьей къ разсмотрѣнію дѣла, ему
— 1513 —
неподсуднаго по 31 и 1289 ст. Уст. Гр. Суд., опровергается копіей съ рѣшенія, приложенной къ кассаціонной жалобѣ, изъ которой положительно видно, что отвѣтчики не ограничились указаніемъ въ апелляціонной жалобѣ на неподсудность дѣла мировымъ судебнымъ установленіямъ, но опровергали рѣшеніе Мироваго Судьи по существу дѣла. Обязанность тяжущихся сторонъ относительно доказательства ихъ требованій и возраженій распредѣлена между ними Съѣздомъ совершенно правильно. Отвѣтчики утверждали, что внесенный мужемъ истицы залогъ остался въ волостномъ правленіи по случаю разстройства мельницы арендаторомъ. Съѣздъ установилъ, что это объясненіе отвѣтчиковъ подтверждено представленною ими копіею съ предписанія Палаты Государственныхъ Имуществъ о передачѣ арендуемой мужемъ истицы, Гавриловымъ, мельницы до истеченія аренднаго срока, по случаю ея разстройства, другому лицу, съ обращеніемъ залога на исправленіе мельницы, что, посему, истица, для полученія залога обратно, должна была доказать суду, что ея покойный мужъ, содержавшій мельницу въ арендѣ, сдалъ ее въ надлежащей исправности, чего она не доказала. Наконецъ, отказъ Григорьевой въ просьбѣ о возвращеніи залога, представленнаго ея мужемъ, Мировой Съѣздъ основалъ на 15 пунктѣ заключеннаго Гавриловымъ съ волостнымъ правленіемъ контракта, въ которомъ сказано, что, «по отдержаніи срочныхъ лѣтъ, съемщикъ обязанъ сдать мельницу въ надлежащей исправности тѣмъ же порядкомъ, какъ и принялъ, и если сдача во всѣхъ отношеніяхъ окажется исправною, то ему, содержателю, немедленно возвращаются представленныя въ обезпеченіе договора наличныя деньги.» Слѣдовательно, признавъ, что Гавриловъ лишился права на возвращеніе ему залога потому, что сдалъ мельницу въ разстроенномъ видѣ, Съѣздъ разрѣшилъ дѣло силою договора, а не на основаніи побочнаго обстоятельства. Объясненія же Григорьевой, что мельница передана мужемъ ея другому лицу по его собственному желанію, на что онъ имѣлъ, по смыслу договора, полное право, и что мельница и не могла быть въ неисправности потому, что срокъ контракту и по сіе время еще не истекъ, а до истеченія сего срока ни общество, ни кто либо другой не были вправѣ требовать передачи мельницы, а слѣдовательно, и знать, разстроена она или нѣтъ,—относятся къ существу дѣла и, за силою 5 статьи Учр. Суд. Установ., не подлежатъ обсужденію въ порядкѣ кассаціи. По симъ основаніямъ Правительствующій Сенатъ опредѣляетъ: жалобу Григорьевой оставить, согласно 186 статьи Устава Гражданскаго Судопроизводства, безъ послѣдствій.