642.—1873 года мая 3-го дня. По прошенію крестьянина Гундорова объ отмѣнѣ рѣшенія Самарскаго Съѣзда Мировыхъ Судей.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ Баронъ Н. Е. ТОРНАУ; докладывалъ дѣло Сенаторъ А. О. ГАММЪ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Н. А. МУЛЛОВЪ.)
Купецъ Саушкинъ обратился къ Мировому Судьѣ 8 участка Самарскаго округа съ просьбою о взысканіи по домашнему заемному обязательству 300 руб. съ крестьянина Гундорова, причемъ представилъ подлинное заемное обязательство. При разборѣ дѣла Гундоровъ представленный документъ призналъ, но заявилъ, что платить по оному считаетъ себя обязаннымъ только 50 руб. 60 к., такъ какъ Саушкинъ остался ему должнымъ за службу 209 руб. 40 коп. и за взятый серебряный портъ-сигаръ 40 руб. Въ удостовѣреніе долга за службу Гундоровъ представилъ книжку, въ которой записана была выдача денегъ Гундорову за службу, а въ удостовѣреніе долга за портъ-сигаръ сослался на свидѣтеля Корчагина. По разсмотрѣніи означенной книжки, Мировой Судья нашелъ, что онъ принадлежитъ къ разряду записокъ домашнихъ, неизвѣстно кѣмъ веденныхъ, такъ какъ Саушкинъ не призналъ ее за выданную изъ его служащихъ на винокуренномъ заводѣ, на которомъ Гундоровъ служилъ: а Гундоровъ не указалъ, съ чѣмъ бы могъ быть сличенъ почеркъ руки, которой была ведена та книга, на основаніи 550—554 ст. Уст. Гр. Суд.—Посему книжка эта, въ силу ст. 472 того же Устава, и не можетъ быть принята за доказательство противъ Саушкина, хотя договоръ Саушкина съ Гундоровымъ, какъ водочнымъ мастеромъ, по предмету найма, на основаніи ст. 2227 т. X ч. 1, могъ быть заключенъ словесно, и подобная книжка могла бы служить доказательствомъ ихъ расчетовъ по найму. Относительно же взятаго Саушкинымъ портъ-сигара свидѣтель Корчагинъ подтвердилъ только дѣйствительность полученія онаго Саушкинымъ, но въ силу какого договора и обязателенъ ли былъ для Саушкина возвратъ онаго Гундорову, Корчагинъ отозвался незнаніемъ и, объяснивъ только, что Саушкинъ по предмету нахожденія въ рукахъ его упомянутаго портъ-сигара, отозвался предположительно, что: или Гундоровъ ему его подарилъ, или зачелъ за деньги, которые ему долженъ Гундоровъ. Отвѣтъ этотъ указываетъ на то, что между Гундоровымъ и Саушкинымъ не существовало тогда никакой юридической сдѣлки по сему предмету и, поэтому,
— 1481 —
искъ объ этомъ портъ-сигарѣ не можетъ быть предметомъ гражданскаго разбирательства. Точно также передача сего портъ-сигара не можетъ быть зачтена и въ платежъ по заемному обязательству, такъ какъ для сего требуется письменное удостовѣреніе, согласно ст. 2052 и 2054 т. X ч. 1 и ст. 409 Уст. Гр. Суд.—На основаніи вышеизложеннаго и руководствуясь ст. 81, 105, 129, 44, 867 и 868 Уст. Гр. Суд. и 2039 т. X ч. 1, а равно и вышеприведенными указаніями, Мировой Судья опредѣлилъ: взыскать съ Гундорова въ пользу Саушкина 300 руб. капитальной суммы, 6% со дня представленія заемнаго письма ко взысканію по день уплаты и за веденіе дѣла 25 руб.; во встрѣчномъ же искѣ Гундорова съ Саушкина отказать. Съѣздъ Мировыхъ Судей, разсмотрѣвъ настоящее дѣло по апелляціонной жалобѣ крестьянина Гундорова, нашелъ, что доводы и соображенія, приведенные въ рѣшеніи Мироваго Судьи 8 участка, правильны; что же касается апелляціонной жалобы Гундорова, то ни одно изъ его положеній не можетъ быть уважено; жалоба Гундорова, что Мировой Судья не назначилъ экспертовъ, неосновательна потому, что это назначеніе зависѣло отъ усмотрѣнія Судьи; кромѣ того, не было никакой надобности сличать почеркъ книжки, неизвѣстно кѣмъ веденной, вытребованіе же книгъ судомъ, чего Гундоровъ домогается, было противно ст. 82; что же касается портъ-сигара, то Гундоровъ ничѣмъ не доказалъ, чтобы Саушкинъ остался бы ему что либо должнымъ за оный;—а посему и согласно ст. 81, 105, 129 и 168 Уст. Гр. Суд., Съѣздъ опредѣлилъ: рѣшеніе Мироваго Судьи, какъ правильное, утвердить.—Гундоровъ, ходатайствуя объ отмѣнѣ рѣшеніи этого, приводитъ слѣдующія къ тому основанія: Съѣздъ утвердилъ рѣшеніе Мироваго Судьи, коимъ ему, Гундорову, было отказано во встрѣчномъ искѣ, и не принялъ во вниманіе, какъ того требуетъ ст. 105, представленнаго документа—разсчетной книжки, веденной Саушкинымъ или его конторщикомъ; затѣмъ, въ нарушеніе ст. 107 и 110, отказалъ въ вызовѣ экспертовъ для сличенія почерка и опредѣленія того, кѣмъ именно была ведена означенная книжка; кромѣ того, Съѣздъ, въ нарушеніе ст. 409 и 411 Уст. Гр. Суд., отказалъ въ спросѣ свидѣтелей по такому дѣлу, по которому показанія свидѣтелей допускаются закономъ; не признавъ за книжкою законной силы доказательства. Съѣздъ нарушилъ ст. 536 т. XI ч. 2 и 1635 и 1644 Уст. судопр. въ ком. судахъ; кромѣ вышеизложеннаго, Съѣздъ допустилъ еще существенное нарушеніе обрядовъ судопроизводства тѣмъ, что повѣреннымъ Саушкина при судоговореніи на Съѣздѣ былъ письмоводитель Мироваго Судьи Малыковскаго, предсѣдательствовавшаго на Съѣздѣ; затѣмъ, исполнительный листъ, выданный предсѣдательствовавшимъ 30 Декабря Мировымъ Судьею Малыковскимъ своему письмоводителю, былъ подписанъ имъ лишь однимъ, безъ скрѣпы Секретаря, а написанъ рукою письмоводителя; наконецъ, Судья Малыковскій, исправлявшій должность Предсѣдателя Съѣзда, за отъѣздомъ Предсѣдателя Рихтера, не имѣлъ вовсе права 30 Декабря подписывать исполнительнаго листа, ибо въ то время Предсѣдатель Рихтеръ уже вернулся изъ отпуска.
По соображеніи жалобы просителя съ обстоятельствами дѣла и съ законами и по выслушаніи заключенія Товарища Оберъ-Прокурора, Правительствующій Сенатъ