641.—1873 года мая 3-го дня. По прошенію прусскихъ подданныхъ Германа и Эдуарда Вертеръ объ отмѣнѣ рѣшенія Изюмскаго Съѣзда Мировыхъ Судей.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ Баронъ Н. Е. ТОРНАУ; докладывалъ дѣло Сенаторъ А. О. ГАММЪ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора П. А. МУЛЛОВЪ.)
Мѣщанка Извѣкова обратилась къ Мировому Судьѣ 1 участка Изюмскаго уѣзда съ прошеніемъ, въ которомъ объяснила, что квартировавшіе у нея прусскіе подданные, Эдуардъ и Германъ Вертеръ, заключили съ нею мировую сдѣлку, по которой обязались очистить занимаемое у нея помѣщеніе въ томъ видѣ, въ какомъ они его приняли, но такъ какъ обязательства этого Вертеръ не исполнили, то и просила взыскать съ нихъ 150 руб. убытковъ.—Мировой Судья, произведя по просьбѣ истицы осмотръ дома и разсмотрѣвъ дѣло, нашелъ искъ Извѣковой подлежащимъ удовлетворенію, а потому, руководствуясь ст. 81, 71, 105, 112 и 129 Уст. Гр. Суд., опредѣлилъ: взыскать съ Вертеръ въ пользу Извѣковой 150 руб.—Въ апелляціонной жалобѣ на это рѣшеніе Эдуардъ и Германъ Вертеръ объяснили, что Извѣкова не имѣетъ права на искъ, такъ какъ не владѣетъ никакимъ домомъ въ г. Изюмѣ, а также, что мировая сдѣлка, заключенная ими съ Извѣковой, недѣйствительна, такъ какъ они, Вертеръ, оба несовершеннолѣтніе; въ удостовѣреніе чего представили копію съ билета Эдуарда Вертеръ и метрическое свидѣтельство Германа Вертеръ на нѣмецкомъ языкѣ съ переводомъ на русскій, засвидѣтельствованнымъ въ вѣрности съ подлинникомъ нотаріусомъ.—Съѣздъ Мировыхъ Судей, разсмотрѣвъ дѣло, принялъ во вниманіе слѣдующее обстоятельство: 1) копія съ би-
— 1479 —
лета Эдуарда Вертеръ не можетъ собою замѣнить метрическаго свидѣтельства о времени рожденія его, а потому изъ одного этого документа Съѣздъ не можетъ убѣдиться въ несовершеннолѣтіи его;—2) равномѣрно и по копіи съ перевода метрическаго свидѣтельства о времени рожденія Германа, ибо Съѣздъ, соображаясь съ 80 и 261 ст. Уст. Гр. Суд. и 71 ст. Пол. о нотар. части, не можетъ положиться на знаніе нотаріусомъ Залѣзскимъ нѣмецкаго языка, переводъ котораго онъ свидѣтельствуетъ, а тѣмъ болѣе на свидѣтельство самого отвѣтчика Германа Вертеръ; 3) признавъ такимъ образомъ несовершеннолѣтіе Вертеръ недоказаннымъ (ст. 81 Уст. Гр. Суд.), а заключенную ими мировую сдѣлку съ Извѣковою для нихъ обязательною (ст. 569 т. X ч. 1), Съѣздъ изъ этой сдѣлки усмотрѣлъ, что Вертеръ должны были привести квартиру, принятую ими отъ истицы Извѣковой въ прежнее положеніе, но обязательства не исполнили; поэтому, согласно ст. 684 т. X ч. 1, обязаны вознаградить Извѣкову за убытки, въ суммѣ 150 руб. уплаченныхъ ею крестьянину Потапову за исправленіе того помѣщенія, и 4) указаніе апеллятора на то, что будто бы Извѣкова не имѣетъ права на искъ, такъ какъ она не владѣла домомъ, голословно и положительно противорѣчитъ буквальному смыслу заключенной ими мировой сдѣлки. Вслѣдствіе этихъ соображеній, на основаніи ст. 81, 105, 112, 129 и 181 Уст. Гр. Суд., Съѣздъ Мировыхъ Судей опредѣлилъ рѣшеніе Мироваго Судьи 1-го участка утвердить. Прусскіе подданные Германъ и Эдуардъ Вертеръ просятъ отмѣнить рѣшеніе Изюмскаго Съѣзда Мировыхъ Судей по нарушенію ст. 261 Уст. Гр. Суд., 71 Пол. о нотар. части и 684 т. X ч. 1.—Нарушеніе этихъ статей просители видятъ въ томъ, что: 1) Съѣздъ, отвергая доказательную силу перевода съ метрическаго свидѣтельства, засвидѣтельствованнаго въ вѣрности нотаріусомъ, неправильно примѣнилъ ст. 261 Уст. Гр. Суд., относящуюся до исковыхъ прошеній, тогда какъ долженъ былъ руководствоваться ст. 71 Пол. о нотар. части, чѣмъ нарушилъ указанныя статьи, и 2) присуждая вознаградить Извѣкову за понесенные ею убытки, Съѣздъ нарушилъ ст. 684 т. X ч. 1, такъ какъ убытки эти ничѣмъ не были доказаны.
По соображеніи жалобы просителей съ обстоятельствами дѣла и законами и по выслушаніи заключенія Товарища Оберъ-Прокурора, Правительствующій Сенатъ, обращаясь къ жалобѣ просителей на то, что Съѣздъ отвергъ доказательную силу перевода съ метрическаго свидѣтельства, засвидѣтельствованнаго въ вѣрности нотаріусомъ, находитъ: Съѣздъ, отвергая помянутый документъ и ссылаясь, притомъ, на ст. 261 Уст. Гр. Суд., въ рѣшеніи своемъ объяснилъ, что не можетъ положиться на знаніе нотаріусомъ Залѣзскимъ нѣмецкаго языка, переводъ котораго онъ свидѣтельствуетъ. Таковое соображеніе Съѣзда, равно какъ и сдѣланная имъ ссылка на ст. 261 Уст. Гр. Суд., должны быть признаны неправильными: ст. 261 Уст. Гр. Суд., относящаяся къ исковымъ прошеніямъ, очевидно не могла быть примѣнена къ документу, представленному въ удостовѣреніе несовершеннолѣтія. Съѣздъ же, отвергая право нотаріуса Залѣзскаго свидѣтельствовать переводы съ нѣмецкаго языка, основался исключительно на одномъ предположеніи, что этотъ нотаріусъ едва ли знаетъ нѣмецкій языкъ, не смотря на то, что таковаго сомнѣнія со стороны