528.—1873 года апрѣля 18-го дня. По прошенію мѣщанина Іосифа Краснухи объ отмѣнѣ рѣшенія Кременчугскаго Мироваго Съѣзда.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ Баронъ Н. Е. ТОРНАУ; докладывалъ дѣло Сенаторъ А. К. ФРИДЕ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Е. Е. КОВАЛЕВСКІЙ.)
Повѣренный Екатеринославскаго купца Исаака Станиславскаго, мѣщанинъ Эля Звенигородскій, въ прошеніи, поданномъ Мировому Судьѣ 2 участка Кременчускаго Мироваго округа, объяснилъ, что мѣщанинъ Іосифъ Краснуха, по условію отъ 18 Декабря 1869 г., продалъ Станиславскому 1000 пудовъ льну и получилъ въ задатокъ 1000 р., но льну не доставилъ, а вмѣсто того доставилъ 800 пуд. пшеницы на 528 руб., на остальную же сумму товара не доставилъ и денегъ не возвращаетъ. Вслѣдствіе сего Звенигородскій, представляя подлинное условіе, просилъ Судью взыскать съ Краснухи въ пользу Станиславскаго 472 р. По заочному рѣшенію отъ 19 Іюля 1871 г. Мировой Судья, признавая искъ Звенигородскаго правильнымъ, присудилъ въ пользу Станиславскаго отыскиваемую повѣреннымъ его сумму; когда же на означенное рѣшеніе отвѣтчикъ Краснуха 31 Іюля 1871 г. подалъ Мировому Судьѣ отзывъ, въ которомъ просилъ о пересмотрѣ дѣла по вызовѣ къ допросу свидѣтелей мѣщанъ Айзика Леви Гуревича, Монку Соколовскаго и казака Варвинскаго, то Мировой Судья, вызвавъ всѣхъ означенныхъ лицъ и допросилъ ихъ установленнымъ порядкомъ, 21 Сентября 1871 г. постановилъ вновь рѣшеніе о взысканіи съ Краснухи 472 р. Въ апелляціонной жалобѣ на означенное рѣшеніе отвѣтчикъ, ссылаясь на конторскія книги Станиславскаго, просилъ объ истребованіи ихъ и указывалъ на то, что хотя повѣренный истца и представилъ Мировому Судьѣ книгу для записки прихода и расхода льна, но книга эта не та, изъ которой усматривается сдѣланный съ нимъ Краснухою разсчетъ, а кромѣ того просилъ о вызовѣ и допросѣ подъ присягою какъ прежнихъ двухъ свидѣтелей Айзика Лейбы Гуревича и Монку Соколовскаго, такъ и двухъ новыхъ Эмо Лицинскаго и дворянина Ивана Яковлева. Всѣ означенныя лица были вызваны Съѣздомъ на засѣданіе 3 Февраля, но изъ нихъ Соколовскій, неподписавшій повѣстки на его имя по случаю субботняго дня, въ засѣданіе не явился. Указывая на важность показанія не явившагося свидѣтеля Соколовскаго, такъ какъ именно ему извѣстны разсчеты Краснухи съ Станиславскимъ, повѣренный отвѣтчика просилъ отсрочить засѣданіе и, вызвавъ вновь Соколовскаго, обязать и Станиславскаго представить конторскія книги. Когда же на это повѣренный истца возразилъ, что кромѣ представленной Мировому Судьѣ книги довѣритель его другой книги представить не обязанъ, и просилъ разрѣшить дѣло, не ожидая явки допрошеннаго Мировымъ Судьею Соколовскаго, то Съѣздъ, по резолюціи отъ 3 Февраля 1872 г., постановилъ: Соколовскаго за неявку въ засѣданіе оштрафовать 2 рублями, а разборъ дѣла отложить до слѣдующаго
— 1255 —
Съѣзда, къ которому вызвать вновь всѣхъ свидѣтелей и тяжущихся. Новыми повѣстками свидѣтели и повѣренные истца и отвѣтчика были вызваны установленнымъ порядкомъ на 3 Марта, на повѣсткѣ же, писанной на имя Соколовскаго, сдѣлана отвѣтка о выбытіи его въ Кіевъ. На разбирательствѣ, происходившемъ въ Съѣздѣ 3 Марта 1872 г., повѣренный отвѣтчика Краснухи, Моисѣенко, заявилъ, что искъ Станиславскаго неоснователенъ и можетъ быть опровергнутъ его же торговыми конторскими книгами; хотя же повѣренный истца и представилъ торговую книгу, но эта книга не та, на которую сослался его довѣритель; засимъ, повторяя вновь ходатайство о допросѣ Соколовскаго, Моисѣенко заявилъ, что, по случаю неявки его, засѣданіе должно быть вновь отсрочено. Съ своей стороны повѣренный истца, указывая на то, что искъ предъявленъ по письменному доказательству, что поэтому допросъ свидѣтелей вовсе не имѣетъ мѣста, просилъ, кромѣ того, устранить Гуревича отъ допроса потому, что онъ состоитъ повѣреннымъ истца. Устранивъ Гуревича отъ свидѣтельства, Съѣздъ, въ тоже время, оставилъ безъ послѣдствій ходатайство повѣреннаго отвѣтчика о новой отсрочкѣ засѣданія по случаю неявки Соколовскаго, а затѣмъ допросилъ остальныхъ явившихся свидѣтелей подъ присягою. Послѣ допроса свидѣтелей повѣренный отвѣтчика Моисѣенко представилъ Съѣзду двѣ росписки уполномоченныхъ Станиславскаго. Въ первой, выданной 6 Іюня 1870 г. въ Кременчугѣ за подписью Айзика Леви Гуревича, значится, что по оной принято льнянаго сѣмени отъ Варвинскаго за счетъ Краснухи для Станиславскаго 258 пудовъ; во второй, выданной 10 Іюня 1870 г. за подписью Эли Герша Звенигородскаго, значится, что по оной получено отъ Краснухи въ счетъ Станиславскаго отъ чумака Сергія Березнаго 642 пуда пшеницы. Съ своей стороны повѣренный истца представилъ въ Съѣздъ удостовѣренную нотариусомъ копію съ заявленія Краснухи на имя Айзика Леви Гуревича, которымъ онъ требовалъ возвращенія ему, Краснухѣ, исполнительнаго условія о поставкѣ 200 четвертей льна, но на таковое заявленіе Гуревичъ отозвался, что у него никакого условія кромѣ того, по которому заявленъ настоящій искъ, нѣтъ. Разсмотрѣвъ вышеизложенное, Кременчускій Съѣздъ Мировыхъ Судей нашелъ, что Краснуха по условію отъ 18 Декабря 1869 г. обязался поставить Станиславскому 1000 пудовъ льнянаго сѣмени по 1 руб. 18 коп. за пудъ и получилъ въ задатокъ 1000 руб. По условію тому, какъ видно изъ торговой книги Станиславскаго, Краснуха доставилъ 8 Іюля 1870 г. вмѣсто льна 800 пудовъ пшеницы по 66 коп. за пудъ на 528 р. и, кромѣ того, сдалъ повѣренному Станиславскаго, Звенигородскому, какъ видно изъ росписки отъ 10 Іюня, еще 642 пуда пшеницы, что, считая пудъ по 66 коп., составитъ 304 руб. 92 коп. Слѣдовательно, Краснуха поставилъ Станиславскому вмѣсто льна пшеницы на 832 р. 92 коп., на остальные же 167 р. 8 коп. Краснуха ни льна, ни пшеницы не доставилъ, а потому Съѣздъ призналъ его обязаннымъ возвратить Станиславскому 167 р. 8 коп. Что же касается другой росписки, выданной повѣреннымъ Станиславскаго, Гуревичемъ, 6 Іюня 1870 г., то такъ какъ изъ записи въ торговой книгѣ значится, что между Станиславскимъ и Краснухою существовало два договора о поставкѣ льна, изъ коихъ по первому Краснуха поставлялъ исключительно одинъ ленъ, а по второму,