503.—1873 ГОДА МАРТА 29-ГО ДНЯ. По прошенію механическихъ дѣлъ мастера Ѳедора Блюма объ отмѣнѣ рѣшенія С.-Петербургскаго Столичнаго Мироваго Съѣзда.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ Баронъ Н. Е. ТОРНАУ; докладывалъ дѣло Сенаторъ Князь И. И. ШАХОВСКОЙ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора И. Я. ГОЛУБЕВЪ.)
Повѣренный механика Ѳедора Блюма, объявивъ въ поданномъ 10 Декабря 1871 года С.-Петербургскому Столичному Мировому Судьѣ 29 участка прошеніи, что докторъ Симоновъ, заказавъ у его довѣрителя работъ на сумму 338 р. 25 к., не платитъ слѣдующихъ ему денегъ, находя цѣны высокими, и не соглашается заплатить хотя приблизительную цѣну, просилъ Мироваго Судью, согласно ст. 2220 т. X ч. 1 Зак. Гр., оцѣнить работы экспертами, присудить съ доктора Симонова въ пользу довѣрителя его Блюма 338 р. 25 коп. и возложить на отвѣтчика вознагражденіе за веденіе дѣла; при разбирательствѣ же у Мироваго Судьи истецъ Блюмъ представилъ и счетъ сдѣланнымъ для Симонова вещамъ на сумму 338 руб. 25 коп. Вслѣдствіе возраженія отвѣтчика Симонова, который доказывалъ, что цѣны истцомъ очень преувеличены и что при разсчетѣ слѣдуетъ принять цѣны справочныя или по прейсъ-курантамъ другихъ лицъ, и просьбы истца объ оцѣнѣ сдѣланныхъ имъ вещей чрезъ экспертовъ, Мировой Судья вызвалъ для того механиковъ Фрума и Растерлева, но явившіеся по этому вызову Фрумъ и изъ лавки Растерлева Набатовъ объявили, что, не видавъ работы, очень трудно опредѣ-
— 1185 —
лить ихъ цѣну, что они хотя и торгуютъ подобными вещами, но безъ постановки ихъ, и что для этого необходимо вызвать особыхъ мастеровъ;—Симоновъ же, съ своей стороны, призналъ всего 180 руб. и предлагалъ истцу взять вещи обратно, на что тотъ не согласился, и объяснивъ, что предлагаемой отвѣтчикомъ уступки въ цѣнѣ онъ сдѣлать не можетъ, просилъ вызвать экспертовъ или присяжныхъ цѣновщиковъ;—согласно съ этою просьбою Мировой Судья, хотя и сообщалъ въ С.-Петербургскую Ремесленную Управу о высылкѣ двухъ экспертовъ, но Управа увѣдомила его, что она таковыхъ командировать не можетъ, не обозначено, какія именно металлическія вещи должны быть оцѣнены. При вновь назначенномъ Мировымъ Судьею разбирательствѣ, повѣренный Симонова, присяжный повѣренный Унковскій, объяснилъ, что въ вызовѣ экспертовъ не предстоитъ надобности, такъ какъ Симоновъ не имѣлъ никакого дѣла съ Блюмомъ, а нанималъ рабочихъ и поручалъ имъ покупать разные инструменты и материалы; рабочіе же брали эти вещи отъ Блюма. Мировой Судья, разсмотрѣвъ настоящее дѣло, нашелъ, что неподписанный Симоновымъ счетъ не можетъ служить противъ него доказательствомъ; что повѣренный Блюма не представилъ, какъ требуетъ законъ, какое либо письменное доказательство о личномъ наймѣ или покупкѣ вещей Симоновымъ у Блюма и ничѣмъ не доказалъ того обстоятельства, что именно Симоновъ заказывалъ Блюму работы, означенныя въ представленномъ имъ счетѣ, и что, поэтому, ссылка его на ст. 2220 т. X ч. I лишена всякаго основанія, такъ какъ эксперты могутъ быть вызваны для разрѣшенія вопроса о цѣнѣ работы только тогда, когда работа была заказана; этого же обстоятельства Блюмъ ничѣмъ не доказалъ;—вслѣдствіе сего и на основаніи ст. 81, 82, 129, 142 Уст. Гр. Суд. и ст. 2220 т. X ч. I, Мировой Судья 7 Января 1872 г. опредѣлилъ: въ искѣ мастеру Блюму съ доктора Симонова отказать по бездоказательности. На это рѣшеніе истецъ Блюмъ подалъ въ С.-Петербургскій Столичный Съѣздъ Мировыхъ Судей апелляціонную жалобу и доказывалъ, что самъ отвѣтчикъ Симоновъ не отвергалъ того, что вещи были имъ заказаны у него Блюма, а только находилъ цѣны слишкомъ высокими, признавая за собою 180 руб., и что въ подтвержденіе этого заказа Мировой Судья не могъ требовать отъ него представленія письменнаго договора, такъ какъ, по закону, цеховые мастера могутъ принимать заказы и по словеснымъ договорамъ; притомъ Блюмъ просилъ споръ о цѣнѣ разрѣшить, согласно ст. 2220 т. X ч. I, и въ случаѣ надобности, въ доказательство того, что заказъ былъ сдѣланъ Симоновымъ, допроситъ свидѣтеля Загорскаго, на котораго онъ ссылался и у Мироваго Судьи, оставившаго это заявленіе безъ вниманія.—С.-Петербургскій Столичный Съѣздъ Мировыхъ Судей, разсмотрѣвъ обстоятельства настоящаго дѣла, нашелъ, что, по закону, существованіе долга можетъ быть доказываемо только письменными документами, обязательная сила которыхъ обусловливается соблюденіемъ тѣхъ или другихъ обрядовъ, тѣхъ или другихъ формальностей, тѣхъ или другихъ требованій закона (ст. 472 Уст. Гр. Суд., 921, 2031 и 2045 т. X ч. I), и что представленный къ дѣлу счетъ, какъ отвѣтчикомъ неподписанный, по силѣ ст. 472 Уст. Гр. Суд., не можетъ быть признанъ за доказательство иска, посему и принявъ во вниманіе, что