463.—1873 ГОДА МАРТА 28-ГО ДНЯ. По прошенію повѣреннаго Коллежскаго Ассесора Якова Фальчевскаго, Коллежскаго Секретаря Алексѣя Списивицева объ отмѣнѣ рѣшенія Харьковской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ Баронъ Н. Е. Торнау; докладывалъ дѣло Сенаторъ А. М. Плавскій; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Н. П. Николаевъ.)
Въ Харьковской Судебной Палатѣ разсматривалось дѣло по иску повѣреннаго Коллежскаго Ассесора Якова Фальчевскаго къ купцу Ивану Романенкову по роспискѣ въ 1000 р., выданной Романенковымъ въ 1860 году Титулярному Совѣтнику Пушкареву. Въ подтвержденіе иску представлены были повѣреннымъ Фальчевскаго между прочимъ: 1) копія съ отношенія Корочанскаго Уѣзднаго Суда въ тамошнее Полицейское Управление о томъ, что Пушкаревъ въ поданномъ въ сей Судъ прошеніи, объяснивъ, что въ конкурсномъ управленіи по дѣламъ несостоятельнаго должника Ивана Романенкова производится дѣло о взысканіи съ него Фальчевскимъ 1000 руб. по роспискѣ, и что онъ, Пушкаревъ, получивъ отъ Фальчевскаго эту сумму, передалъ ему право полученія таковой отъ Романенкова, просилъ считать по означенному дѣлу истцомъ на Романенкова не его, Пушкарева, а Фальчевскаго, и 2) копія съ указа Курской Палаты Уголовнаго и Гражданскаго Суда, коимъ отмѣнено рѣшеніе и все производство Уѣзднаго Суда по дѣлу о взысканіи Фальчевскимъ означенныхъ 1000 р. съ поручителя по Романенковѣ, съ предоставленіемъ Фальчевскому права, буде пожелаетъ, начать вновь искъ по Уставамъ 20 Ноября 1864 г. Судебная Палата изъ представленныхъ при исковомъ прошеніи бумагъ усмотрѣла, что Фальчевскій предъявилъ къ Романенкову искъ на основаніи росписки, называемой имъ сохранною, выданной симъ послѣднимъ другому лицу, и на которой не имѣется никакой надписи о передачѣ ея настоящему истцу, причемъ въ доказательство перехода къ нему права на полученіе означенныхъ въ роспискѣ денегъ не представилъ никакого письменнаго условія (ст. 2058 т. X ч. 1 и разъясненія кассац. рѣш. 1869 г. №№ 458 и 526); что и Гражданская Палата преемственности правъ Фальчевскаго отъ Пушкарева, какъ видно изъ копіи ея указа, не признавала
— 1113 —
и предоставила Фальчевскому только право начать новый искъ; что претензія по означенной роспискѣ была представлена въ конкурсъ, образовавшійся по случаю несостоятельности Ивана Романенкова, и Фальчевскій, по закрытіи конкурса, пропустилъ установленный для предъявленія въ подобныхъ случаяхъ исковъ 1981 ст. Уст. Торг. 3-хъ мѣсячный срокъ. По симъ соображеніямъ и руководствуясь приведенными узаконеніями, а равно 366 и 868 ст. Уст. Гр. Суд., Палата признала, согласно съ рѣшеніемъ Окружнаго Суда, что искъ Фальчевскаго не подлежитъ удовлетворенію. Повѣренный Фальчевскаго проситъ объ отмѣнѣ сего рѣшенія по нарушенію 2058 ст. X т. 1 ч. и 1981 ст. Уст. Торг. по продолж. 1863 г.
Правительствующій Сенатъ находитъ: 1-е) что нарушеніе 2057 ст. X т. 1 ч. проситель видитъ въ томъ, что Палата, основываясь на этой статьѣ и разъясняющихъ ея рѣшеніяхъ Прав. Сената 1869 г. №№ 458 и 526, считаетъ, что для признанія за Фальчевскимъ права на искъ съ Романенкова необходимы или передаточная надпись на самой роспискѣ, составляющей основаніе иска, или письменное объ этомъ условіе. Между тѣмъ ничего подобнаго ни въ 2058 ст., ни въ означенныхъ рѣшеніяхъ Правительствующаго Сената не содержится; а, напротивъ того, въ одномъ изъ этихъ рѣшеній Сенатъ положительно призналъ, что 2058 ст. установляетъ лишь форму для передачи заемныхъ писемъ, и что, затѣмъ, для передачи домашнихъ долговыхъ актовъ никакихъ формальностей въ законѣ не установлено; въ данномъ же случаѣ передача Пушкаревымъ Фальчевскому своей претензіи на Романенкова, совершенная подачею объ этомъ Пушкаревымъ въ Уѣздный Судъ явочнаго прошенія, не можетъ быть, по мнѣнію просителя, отвергаема, на основаніи 2058 ст., тѣмъ болѣе, что Пушкаревъ передалъ Фальчевскому не росписку, а уже предъявленный по ней къ Романенкову искъ, находившійся въ разсмотрѣніи присутствующаго мѣста; а для передачи исковъ никакихъ формальностей въ законахъ не существуетъ. Правительствующій Сенатъ признаетъ эти объясненія повѣреннаго Фальчевскаго вполнѣ справедливыми. Ни изъ 2058 ст. X т. 1 ч., ни изъ приведенныхъ Харьковскою Судебною Палатою рѣшеній Правительствующаго Сената нельзя вывести того заключенія, чтобы передача права по долговому акту не могла быть предъ судомъ доказываема никакимъ другимъ способомъ, кромѣ какъ передаточною надписью на самомъ актѣ, или особымъ о передачѣ условіемъ. Напротивъ того, въ приведенномъ Палатою рѣшеніи Сената 1869 г. № 526 положительно высказано, что особая формальность указана закономъ лишь въ отношеніи передаточныхъ надписей на заемныхъ письмахъ; въ отношеніи же домашнихъ долговыхъ актовъ никакой формальности не установлено. Но и въ отношеніи заемныхъ писемъ Правительствующій Сенатъ, въ рѣшеніи своемъ 1869 г. № 245, разъяснилъ, что если передача заемнаго письма совершилась безъ соблюденія порядка, указаннаго въ 2058-2061 ст. X т. 1 ч., то, въ случаѣ спора, судебныя мѣста имѣютъ полное основаніе заключить, что лицо, которому передано не въ такомъ порядкѣ заемное письмо, не имѣетъ права взыскивать по оному съ заемщика, развѣ бы пріобрѣтеніе имъ этого права было предъ судомъ подтверждено другими подлежащими доказательствами. Такимъ образомъ судъ можетъ иногда признать передачу заемнаго письма дѣйствительною и