373.—1873 ГОДА МАРТА 14-го ДНЯ. По прошенію Красовскаго, по довѣренности колонистовъ Лудвига Гайля отца, Лудвига Гайля сына, Якова Прельокса и Христіана Губера объ отмѣнѣ рѣшенія Одесской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ Баронъ П. Е. ТОРНАУ; докладывалъ дѣло Сенаторъ П. П. ТАЛКВИСТЪ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора П. П. НИКОЛАЕВЪ.)
Опекунъ надъ имѣніемъ малолѣтнихъ Федора и Александры Радзишевскихъ, отецъ ихъ, Губернскій Секретарь Александръ Радзишевскій, чрезъ повѣреннаго своего Вейнберга, подалъ 27-го Іюня 1870 г. въ Одесскій Окружный Судъ исковое прошеніе, въ которомъ объяснилъ, что колонисты колоніи Глюксталь Лудвигъ Гайль отецъ, Лудвигъ Гайль сынъ, Яковъ Прельоксъ и Христіанъ Губеръ 31-го Января 1866 г. выдали Штабсъ-Ротмистру Федору Каламатину долговое обязательство на 4645 руб. срокомъ по 1-го Іюня того же года. На выдачу этого обязательства изъявилъ согласіе Глюкстальскій Окружный Приказъ. До настоящаго времени колонисты платежа не произвели по сказанному акту, который по духовному завѣщанію Каламатина перешелъ къ внукамъ его, Федору и Александрѣ Радзишевскимъ. Вслѣдствіе сего Вейнбергъ просилъ о взысканіи съ Гайля отца и сына, Прельокса и Губера слѣдующихъ по обязательству денегъ. Изъ приложенныхъ при семъ прошеніи документовъ видно: 1) изъ обязательства Гайля отца и сына, Прельокса и Губера, что они обязались уплатить Каламатину до 1-го Іюня 1866 года 4645 руб. съ процентами, недоплаченныхъ за купленную у Каламатина землю въ количествѣ 464 десятинъ 1087 саженъ, на которую Каламатинъ отдалъ имъ уже купную крѣпость и планъ, и 2) изъ духовнаго завѣщанія Каламатина, что онъ, распредѣливъ свое наличное недвижимое имущество между двумя дочерьми, въ 6-мъ пунктѣ завѣщанія изъяснилъ, что если ему будутъ присуждены указанныя въ этомъ пунктѣ земли или за оныя деньги, то онѣ поступаютъ внукамъ его Федору и Александрѣ Радзишевскимъ, всѣ же вещи, экипажи и что только останется у него, назначаетъ одному внуку Федору Радзишевскому. Противу этого иска повѣренный отвѣтчиковъ, Городецкій, возразилъ, что обязательство, по которому къ его довѣрителямъ предъявленъ искъ, возникло изъ покупки ими земли, составлявшей собственность не Каламатина, а жены Коллежскаго Секретаря Варвары Голяховской, урожденной Конано, повѣреннымъ которой при продажѣ отвѣтчикамъ этой земли состоялъ Каламатинъ,—слѣдовательно, означенное обязательство принадлежитъ не Каламатину, а Голяховской, а потому и самыя деньги слѣдуютъ къ уплатѣ сей вслѣдней, или, въ виду ея кончины, ея наслѣдникамъ. На семъ основаніи Городецкій, признавая, что Радзишевскіе никакого права на искъ по означенному обязательству не имѣютъ, просилъ имъ въ ономъ отказать. Въ подтвержденіе такого своего объясненія Городецкій представилъ въ копіяхъ опредѣленіе Тираспольскаго уѣзднаго полицейскаго управленія и объясненіе, данное Каламатинымъ противъ начатаго на него Гайлями, Прельоксомъ и Губеромъ въ бывшей Херсонской Палатѣ Гражданскаго Суда иска объ убыткахъ, понесенныхъ ими при покупкѣ сей земли. Въ этомъ объясненіи Каламатинъ отозвался, что искъ къ нему относиться не можетъ, такъ какъ онъ при
— 907 —
продажѣ дѣйствовалъ не отъ своего лица, а по довѣренности Голяховской. При докладѣ дѣла повѣренный опекуна Радзишевскаго, Вейнбергъ, признавая, что обязательство колонистами дано по случаю покупки земли Голяховской, объяснилъ, что въ обязательствѣ есть неточность въ томъ, что не сказано, что земля куплена у него, Каламатина, какъ повѣреннаго Голяховской, но обязательство выдано отвѣтчиками непосредственно ему, Каламатину, и что онъ заплатилъ Голяховской свои деньги, а потому просилъ искъ признать уважительнымъ, а рѣшеніе подвергнуть предварительному исполненію. Окружный Судъ нашелъ возраженіе повѣреннаго отвѣтчиковъ неосновательнымъ потому, что изъ обязательства видно, что оно выдано Каламатину лично, а не какъ повѣренному Голяховской по продажѣ принадлежащей ей земли, и обязательство это доказываетъ денежныя отношенія, бывшія во время продажи земли Голяховской между Каламатинымъ лично и отвѣтчиками, которые въ настоящее время не представили никакихъ доказательствъ въ уплатѣ Каламатину должной ему суммы, а потому обязаны заплатить 4645 руб. съ процентами со дня предъявленія иска, право на полученіе которыхъ принадлежитъ одному малолѣтному Федору Радзишевскому, такъ какъ изъ смысла духовнаго завѣщанія Каламатина слѣдуетъ заключить, что все остальное, что только за сдѣланнымъ распредѣленіемъ у него останется, онъ отказалъ внуку своему Федору Радзишевскому; но какъ повѣренный опекуна надъ Федоромъ Радзишевскимъ просилъ о присужденіи въ пользу Федора Радзишевскаго только половины слѣдующихъ съ колонистовъ по обязательству денегъ, то и слѣдуетъ присудить ему таковыя только въ этомъ размѣрѣ. На семъ основаніи и руководствуясь ст. 788, 1536 и 1538 ч. 1 т. X и прим. къ 3 ст. X т. 2 ч. прод. 1863 г., 3 п. 343 ст., 366, 458, 461, 462 и 870 ст. Уст. Гр. Суд., Окружный Судъ опредѣлилъ: взыскать съ Гайлевъ, отца и сына, Прельокса и Губера въ пользу Федора Радзишевскаго 2322 руб. 50 коп. съ каждаго изъ отвѣтчиковъ по равной части и проценты на эту сумму съ 27-го Іюня 1870 г. по день удовлетворенія. На это рѣшеніе Городецкій принесъ апелляціоную жалобу, въ которой, повторяя прежнія свои объясненія, просилъ рѣшеніе Окружнаго Суда отмѣнить. Одесская Судебная Палата нашла, что хотя вполнѣ достовѣрно, какъ оно и признано обѣими сторонами, что обязательство, на которомъ основанъ искъ, выдано отвѣтчиками по поводу покупки ими земли умершей Голяховской, а не покойнаго Каламатина, дѣйствовавшаго лишь въ качествѣ повѣреннаго ея, тѣмъ не менѣе однако поминутый документъ, какъ всякое долговое и заемное обязательство, причисляемое, по указанію 1532—1535 ст. ч. 1 т. X, къ договорамъ, подлежитъ исполненію на основаніи 1536 и 1538 ст. той же части и того же тома, по его точному разуму и словесному смыслу и какъ содержаніе онаго не оставляетъ ни малѣйшаго сомнѣнія въ томъ, что отвѣтчики обязались заплатить невнесенную ими за землю сумму Каламатину лично, а не какъ повѣренному Голяховской, то Окружный Судъ основательно заключилъ о лежащей на отвѣтчикахъ обязанности платежа должной ими суммы наслѣднику Каламатина, малолѣтному Федору Радзишевскому, тѣмъ болѣе, что они не только не представили доказательствъ о погашеніи помянутаго долга, но даже не отрицали существованія онаго, и что хотя объ означенной роспискѣ колонистовъ не упоминается въ завѣщаніи Каламати-