331.—1873 года марта 7-го дня. По прошенію повѣреннаго Подполковника Александра Киндякова, мѣщанина Ивана Емельянова, объ отмѣнѣ рѣшенія Сызранскаго Мироваго Съѣзда.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ Баронъ Н. Е. ТОРНАУ; докладывалъ дѣло Сенаторъ А. М. ПЛАВСКІЙ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Е. Е. КОВАЛЕВСКІЙ.)
Рассмотрѣвъ кассаціонную жалобу повѣреннаго Подполковника Киндякова и сообразивъ оную съ обстоятельствами дѣла, рѣшеніемъ Сызранскаго Мироваго Съѣзда и законами, Правительствующій Сенатъ находитъ, что повѣренный Киндякова просилъ взыскать съ крестьянина Корноухова 500 руб. убытковъ на томъ основаніи, что по условію, заключенному Киндяковымъ съ Корноуховымъ, первый сдалъ послѣднему въ аренду свой домъ подъ постоялый дворъ, а между тѣмъ Корноуховъ самовольно открылъ въ томъ домѣ питейное заведеніе, чѣмъ и причинилъ Киндякову убытки. Повѣренный Корноухова право его на открытіе питейнаго заведенія доказывалъ дополнительнымъ условіемъ, заключеннымъ Корноуховымъ съ
— 807 —
конторою Киндякова и подписаннымъ завѣдывающимъ конторою Лебедевымъ съ засвидѣтельствованіемъ въ волостномъ правленіи, каковымъ условіемъ Лебедевъ предоставилъ Корноухову право открыть во флигелѣ дома и въ постояломъ дворѣ другую какую либо промышленность, словомъ сдѣлать, что ему заблагоразсудится. Когда же повѣренный Киндякова возразилъ, что Лебедевъ не былъ уполномоченъ Киндяковымъ на заключеніе сего дополнительнаго условія и что оно посему не можетъ измѣнить условія, заключеннаго самимъ Киндяковымъ, то повѣренный Корноухова въ опроверженіе сего сослался на другое, заключенное тѣмъ же Лебедевымъ условіе съ Корноуховымъ о сдачѣ ему базарной площади. Мировой Съѣздъ, принявъ главнымъ образомъ во вниманіе: во 1-хъ) что возраженіе повѣреннаго истца о томъ, что завѣдывающій конторою при заключеніи дополнительнаго условія, дѣйствовалъ безъ уполномочія владѣльца, ничѣмъ не подтверждено, и во 2-хъ) что какъ повѣренный Киндякова призналъ условіе о сдачѣ тѣмъ же Лебедевымъ Корноухову базарной площади, заключенное такимъ же образомъ какъ и упомянутое дополнительное условіе Лебедева и не сдѣлалъ противъ условія о базарной площади никакихъ возраженій, то его заявленіе о необязательности дополнительнаго договора для Киндякова, по совершенной бездоказательности, не имѣетъ никакого значенія, а посему и на основаніи 81, 82, 105 и 129 ст. Уст. Гр. Суд., 569 и 570 ст. Х т. 1 ч. Мировой Съѣздъ въ искѣ Киндякова отказалъ. Такое рѣшеніе Мироваго Съѣзда не можетъ быть признано согласнымъ съ законами. По смыслу приведенныхъ Съѣздомъ 569 и 570 ст. Х т. 1 ч. и вообще законовъ о договорахъ, всякій договоръ обязателенъ только для лицъ, заключившихъ его; изъятія же изъ сего общаго правила положительно указаны въ законѣ, какъ напр. въ 1259 и 1543 ст. того же тома и части относительно наслѣдниковъ (ср. рѣш. Правительствующаго Сената 1870 г. № 553.) Согласно сему, дополнительное условіе, на основаніи котораго Корноуховъ открылъ питейное заведеніе, могло бы для Киндякова быть обязательнымъ тогда только, если бы оно было заключено самимъ Киндяковымъ, или если бы заключившій оное Лебедевъ былъ на это Киндяковымъ уполномоченъ. Повѣренный Киндякова положительно отрицалъ существованіе такого уполномочія, но Мировой Съѣздъ не призналъ это отрицаніе заслуживающимъ уваженія потому, что оно со стороны повѣреннаго Киндякова ничѣмъ не подтверждено. Это заключеніе Съѣзда противорѣчитъ 81 ст. Уст. Гр. Суд., ибо какъ отъ существованія уполномочія Киндяковымъ Лебедева на заключеніе съ Корноуховымъ дополнительнаго условія зависѣло и самое право Корноухова на открытіе питейнаго заведенія; то обязанность доказать дѣйствительность этого обстоятельства, подтверждающаго право Корноухова, очевидно лежала на семъ послѣднемъ, а не на повѣренномъ Киндякова, отрицавшемъ существованіе уполномочія. Что же касается вывода, сдѣланнаго Съѣздомъ изъ другаго, заключеннаго тѣмъ же Лебедевымъ съ Корноуховымъ условія о базарной площади, то выводъ этотъ лишенъ правильнаго основанія, ибо если Киндяковъ и его повѣренный, по какимъ либо причинамъ, и не возражали противъ этого послѣдняго условія, то одно это не могло сдѣлать обязательнымъ для нихъ совсѣмъ другое, именно означенное выше дополнительное