12.—1873 года января 10-го дня. По прошенію дворянина Ивана Кассіанова Суручана объ отмѣнѣ рѣшенія Одесской Судебной Палаты, по иску его съ резешами Георгіемъ и Дмитріемъ Мындрило и Георгіемъ Димитрашко о землѣ.
(Предсвѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ Баронъ Н. Е. Торнау; докладывалъ дѣло Сенаторъ П. И. Саломонъ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора И. Н. Николаевъ.)
Выслушавъ объясненіе со стороны дворянина Суручана, присяжнаго повѣрен-
— 31 —
наго Зубарева, и заключеніе Товарища Оберъ-Прокурора, Правительствующій Сенатъ нашелъ, что повѣренный дворянина Ивана Суручана предъявилъ противъ резешей села Панащешть Георгія и Дмитрія Мындрило и Георгія Димитрашко искъ объ отдачѣ его вѣрителю, находящагося въ завладѣніи названными отвѣтчиками, участка земли, въ количествѣ 175 аналогическихъ саженей, принадлежащей къ составу вотчины Панащешты и Тутовены, доказывая представленными какъ въ Окружный Судъ, такъ и въ Судебную Палату документами, что поименованная вотчина, состоя съ 1825 года въ безспорномъ владѣніи Суручановъ, заключала 39 аналогическихъ саженей родовой и 167 такихъ же саж. благопріобрѣтенной земли; что изъ этого общаго количества земли, по раздѣльному акту 1849 года, досталось дворянину Кассіану Суручану, 175 аналогическихъ саженей земли, которая по смерти его въ 1853 году, за малолѣтствомъ его наслѣдника, Ивана Суручана, поступила вмѣстѣ съ прочимъ движимымъ и недвижимымъ имѣніемъ въ вѣдѣніе Кишиневской Дворянской Опеки и отдавалась до 1856 года включительно въ наемъ, а съ 1857 г. не приносила дохода по случаю захвата этой земли Панащештскими резешами, и что объ огражденіи означеннаго земельнаго участка отъ завладѣнія резешами, установленные надъ Иваномъ Суручаномъ опекуны производили постоянно переписку съ административными и судебными мѣстами, окончившуюся постановленіемъ Кишиневскаго Уѣзднаго Полицейскаго Управленія 30 Января 1869 года о предоставленіи опекуну дѣтей Кассіана Суручана доказывать права наслѣдниковъ Суручана на означенную землю, въ судебномъ мѣстѣ. Повѣренный резешей Мындрило и Димитрашко, защищая оспариваемую у довѣрителей его Суручаномъ землю давностью владѣнія, возражалъ, что представленные противникомъ его документы не доказываютъ его иска, такъ какъ по формѣ они не соотвѣтствуютъ актамъ укрѣпленія, установленнымъ 728 ст. 1 ч. X т. Св. Зак. Гражд., а по содержанію оказываются противорѣчивыми. Кишиневскій Окружный Судъ, находя, что основаніемъ иска повѣреннаго Суручана служитъ фактъ самовольнаго завладѣнія резешами Мындрило и Димитрашко землею изъ состава вотчины Панащешты и Тутовены, между тѣмъ какъ всѣ представленные при исковомъ прошеніи документы относятся къ доказательствамъ правъ собственности истца на отыскиваемую имъ землю и не удостовѣряютъ самаго факта захвата земли, призналъ искъ повѣреннаго дворянина Суручана совершенно недоказаннымъ. Напротивъ того Одесская Судебная Палата, разсматривавшая дѣло по апелляціи повѣреннаго со стороны истца Суручана, пришла къ тому заключенію, что существо исковаго требованія Ивана Суручана, равно какъ и его апелляціоннаго требованія, заключается не въ возстановленіи нарушеннаго владѣнія, а въ признаніи за нимъ права собственности на отыскиваемый участокъ земли. Но обращаясь къ вопросу о томъ, принадлежитъ ли истцу право собственности на находящуюся во владѣніи Мындрило и Димитрашко землю, и принимая во вниманіе, что Иванъ Суручанъ отыскиваетъ означенную землю по праву наслѣдованія по закону послѣ умершаго Кассіана Суручана, которому она досталась отъ Ивана Суручана по раздѣльному между его наслѣдниками акту, Палата нашла нужнымъ предварительно разрѣшить вопросъ о томъ, доказалъ ли