118.—1873 года января 25-го дня. По прошенію отставнаго Ротмистра Евергета Иванова объ отмѣнѣ рѣшенія Одесской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ Баронъ И. Е. ТОРНАУ; докладывалъ дѣло Сенаторъ И. И. САЛОМОНЪ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора И. П. НИКОЛАЕВЪ.)
20 Февраля 1871 года повѣренный Ротмистра Евергета Иванова подалъ въ Таганрогскій Окружный Судъ исковое прошеніе, въ которомъ объяснилъ, что послѣ смерти брата его, Капитанъ-Лейтенанта Константина Иванова, недвижимое имѣніе его перешло къ малолѣтнему его сыну Константину, а потому было принято въ вѣдѣніе Ростовской Дворянской Опеки, при чемъ опекунами были: Маіоръ Мигринъ
— 303 —
и мать малолѣтняго Иванова, вдова Капитанъ-Лейтенанта Аспазія Иванова. Затѣмъ, по случаю смерти малолѣтняго Иванова до достиженія совершеннолѣтія, Ростовскій Уѣздный Судъ, опредѣленіемъ своимъ отъ 14 Іюня 1867 г., утвердилъ въ правахъ наслѣдства къ оставшемуся послѣ Константина Иванова имуществу просителя Евергета Иванова. По разсмотрѣніи послѣднимъ отчетовъ Аспазіи Ивановой за 1865 и 1866 года, онъ собралъ свѣдѣнія, что въ опекаемомъ Ивановой имѣніи количество урожая пшеницы въ 1865 и 1866 годахъ, а также количество посѣянныхъ десятинъ въ 1866 году было гораздо болѣе, чѣмъ показано въ опекунскихъ отчетахъ, въ подтвержденіе чего истецъ ссылался на 11 свидѣтелей, изъ числа которыхъ просилъ Судъ вызвать повѣстками троихъ, обязуясь остальныхъ представить въ Судъ самъ. Въ заключительномъ пунктѣ повѣренный Евергета Иванова просилъ Судъ: 1) признать за довѣрителемъ его право на все количество пшеницы, непоказанное въ отчетахъ за 1865 и 1866 годы и которое будетъ имъ доказано на судѣ свидѣтелями и 2) предоставить довѣрителю его на основаніи ст. 896 Уст. Гр. Суд. право доказывать въ порядкѣ исполнительнаго производства цѣнность непоказанной въ отчетахъ за 1865 и 1866 г. г. пшеницы. При этомъ истецъ не опредѣлилъ цѣны иска по неизвѣстности количества непоказанной въ отчетахъ опекунши пшеницы и объяснилъ, что подаетъ прошеніе на основаніи п. 4 ст. 349 Уст. Гр. Суд. Во время производства этого дѣла въ Судѣ повѣреннымъ отвѣтчицы были представлены между прочимъ: во 1) актъ повѣрки отчетовъ опекунши, составленный 29 Іюня 1867 г. членомъ Дворянской Опеки въ присутствіи Становаго Пристава, опекунши и мѣстнаго старосты, при чемъ опрошенные крестьяне, по прочтеніи имъ отчетовъ опекунши за 1865 и 1866 г. г., показали, что количество хлѣба въ посѣвѣ было то самое, которое показано въ отчетѣ, равно и то, что существовавшія на хлѣбъ и сѣно цѣны показаны въ отчетахъ вѣрно и что урожай на хлѣбъ и сѣно въ эти годы былъ дѣйствительно плохой, и во 2) указъ Екатеринославской Гражданской Палаты отъ 19 іюля 1868 г., коимъ въ разрѣшеніе жалобы повѣреннаго Ротмистра Евергета Иванова на Ростовскую Дворянскую Опеку, опредѣлено: признать отчеты опекунши Ивановой за 1865 и 1866 годы правильными. Окружный Судъ, частнымъ опредѣленіемъ 10 Іюня 1871 г., просьбу истца о допросѣ свидѣтелей оставилъ безъ уваженія и затѣмъ 5 Августа того же года постановилъ: въ искѣ Евергета Иванова отказать. Одесская Судебная Палата, разсмотрѣвъ это дѣло по принесенной истцомъ апелляціонной жалобѣ, нашла прежде всего исковое требованіе неосновательнымъ по формѣ, такъ какъ оно основано не на какихъ либо твердыхъ данныхъ, а на одномъ предположеніи, что можетъ быть опекунша высѣяла въ 1865 и 1866 г. г. болѣе пшеницы, чѣмъ ею показано въ отчетахъ и получила урожай большаго размѣра, чѣмъ значится въ отчетѣ; а въ виду этого и просьба апеллятора о допросѣ свидѣтелей не можетъ подлежать удовлетворенію, такъ какъ свидѣтельскія показанія могутъ служить подтвержденіемъ и удостовѣреніемъ положительнаго факта, а не предполагаемаго гадательно и такъ какъ вообще никакимъ закономъ не предоставлено истцу обращаться къ Суду для изысканія способовъ,