458.—1872 ГОДА МАРТА 8-го И АПРѢЛЯ 27-го ЧИСЕЛЪ. По прошенію купеческаго сына Зельмана Бѣлицкаго объ отмѣнѣ рѣшенія Золотоношскаго Съѣзда Мировыхъ Судей.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ Баронъ Н. Е. ТОРНАУ; докладывалъ дѣло Сенаторъ В. В. ФРИШЪ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Н. Я. ГОЛУБЕВЪ.)
Купеческій сынъ Зельманъ Бѣлицкій 18 Января 1871 г. просилъ Золотоношскаго Мироваго Судью присудить ему съ Капитана Александра Маркевича 200 руб. съ процентами, на томъ основаніи, что имъ эта сумма 18 Марта 1862 г. была дана Маркевичу въ задатокъ по заключенному ими договору о продажѣ Маркевичемъ ему Бѣлицкому 2-хъ т. пудовъ ржи, а Маркевичъ ему жита этого не сдалъ. Изъ представленной Бѣлицкимъ Мировому Судьѣ росписки Маркевича видно, что
— 883 —
онъ продалъ Бѣлицкому 2-хъ т. пудовъ ржи по 22 к. за пудъ, въ задатокъ получилъ 200 р., и что Бѣлицкій остальныя деньги долженъ заплатить при заборѣ жита, которое онъ долженъ принять не позже 15 Апрѣля 1862 г. Отвѣтчикъ Маркевичъ возражалъ, что проданная имъ въ 1862 г. Бѣлицкому рожь, въ томъ же году ему и отпущена, въ удостовѣреніе чего сослался на свидѣтелей и представилъ свои конторскія по экономіи имѣнія его книги. Золотоношскій Съѣздъ Мировыхъ Судей по спору сему принялъ въ видъ: что возраженіе отвѣтчика Маркевича о передачѣ Бѣлицкому проданной ему ржи, можетъ, по 409 ст. Уст. Гр. Суд., быть доказываемо свидѣтельскими показаніями, и признавъ правильными соображенія Мироваго Судьи, что свидѣтельскими показаніями можетъ быть удостовѣрено событіе отдача движимаго имущества отчужденнаго по домашнему соглашенію, и что счеты и домовая книга по экономіи Маркевича могутъ, по силѣ 472 и 105 ст. Уст. Гр. Суд., быть признаны за доказательство,—рѣшеніемъ 21 Мая 1871 г. постановилъ: утвердить рѣшеніе Мироваго Судьи объ отказѣ въ искѣ Бѣлицкаго. Въ принесенной Правительствующему Сенату кассаціонной жалобѣ истецъ Бѣлицкій проситъ объ отмѣнѣ сего рѣшенія Мироваго Съѣзда по случаю нарушенія имъ: а) ст. 710, 1528, 1531, 1535, 1536, 1545, 1547, 1549 Св. Зак. Гр. и 458, 473, 475 и 409 ст. Уст. Гр. Суд., тѣмъ, что, вопреки смысла сихъ статей закона, принялъ за доказательство исполненія обязательства по письменному договору свидѣтельскія показанія въ замѣнѣ необходимаго по закону на сей предметъ письменнаго акта; и б) ст. 81 Уст. Гр. Суд., тѣмъ, что, въ виду доказанности его Бѣлицкаго иска письменнымъ договоромъ, и при непредставленіи Маркевичемъ законныхъ доказательствъ его возраженій, неправильно призналъ послѣднія доказанными.
Принимая въ соображеніе: что исполненіе договоровъ есть совершеніе тѣхъ дѣйствій, которыя, служа предметомъ договора, составляютъ обязательство одной стороны въ отношеніи другой; что событіе исполненія договоровъ независимо отъ прекращенія существованія права кредитора на его удовлетвореніе по договору, влечетъ за собою и погашеніе соотвѣтствующаго сему праву обязательства должника; посему въ интересѣ должника состоитъ, на случай возможнаго будущаго о исполненіи договора спора со стороны кредитора, удостовѣрить событіе исполненія лежавшаго на немъ по договору обязательства, такимъ способомъ, который впослѣдствіи могъ бы ему служить достаточнымъ по закону доказательствомъ для опроверженія спора кредитора. Таковымъ способомъ законъ указываетъ должникамъ росписку кредитора о полученіи предмета ихъ обязательства (Уст. Гр. Суд. ст. 470, 473, 474, 475); но законы гражданскаго права требуютъ для удостовѣренія исполненія обязательства между частными лицами безусловнаго представленія должникомъ письменнаго акта (росписки кредитора) только въ случаѣ исполненія обязательства о платежѣ должныхъ денегъ (ст. 2052, 2054 Св. Зак. Гр. т. X ч. 1). Изъ сего можно заключить, что по силѣ 409 ст. Уст. Гр. Суд., спорное событіе исполненія обязательства, имѣвшихъ предметомъ не платежъ денегъ, но другія дѣйствія должника, когда не имѣется росписка кредитора о полученіи предмета объ-
56∗