238.—1872 года марта 22-го дня. По прошенію мѣщанина Григорія Безходарнаго объ отмѣнѣ рѣшенія Курскаго Мироваго Съѣзда.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ Баронъ Н. Е. ТОРНАУ; докладывалъ дѣло Сенаторъ П. И. САЛОМОНЪ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Н. Я. ГОЛУБЕВЪ.)
Отставной рядовой Аксентьевъ, объясняя въ исковомъ прошеніи, что мѣщанинъ Безходарный самовольно открылъ яму на общей межѣ дворовыхъ ихъ мѣстъ для добыванія мѣлу въ свою пользу, просилъ Мироваго Судью воспретить Безходарному раскапывать эту яму, которую и оставить въ исключительномъ его пользованіи. По осмотрѣ мѣстности и разборѣ дѣла, Мировой Судья, имѣя въ виду, что открытая Безходарнымъ яма для добыванія камня и мѣлу находится на общей межѣ тяжущихся, опредѣлилъ: яму эту оставить въ общемъ пользованіи Аксентьева и Безходарнаго. Рѣшеніе это утвердилъ и Курскій Мировой Съѣздъ, разсматривавшій дѣло по апелляціонной жалобѣ Безходарнаго. Въ кассаціонной жалобѣ Безходарный проситъ объ отмѣнѣ рѣшенія Съѣзда по нарушенію 29, 31, 70, 129, 131, 142 и 177 ст. Уст. Гр. Суд. и 420, 424 и 425 ст. 1 ч. X т., объясняя: 1) что Мировой Съѣздъ, постановивъ опредѣленіе объ оставленіи ямы въ общемъ пользованіи, вышелъ изъ предѣловъ исковаго требованія, такъ какъ истецъ просилъ лишь о воспрещеніи ему, просителю, таковую раскапывать; 2) войдя въ разсмотрѣніе вопроса о правѣ собственности на недвижимое имущество, Мировой Съѣздъ поступилъ въ нарушеніе 29, 31 и 129 ст. Устава Гражд. Суд. и 420, 424 и 425 ст. 1 ч. X т.; 3) вопреки 142 ст. Уст. Гр. Суд. Съѣздъ не изложилъ въ своемъ рѣшеніи никакихъ соображеній, и 4) въ нарушеніе 70 и 177 ст. Уст. Гр. Суд. на Съѣздѣ не было предлагаемо тяжущимся примиреніе.
По выслушаніи заключенія Товарища Оберъ-Прокурора, Правительствующій Сенатъ находитъ, что указаніе просителя на нарушеніе Съѣздомъ 131 ст. Уст. Гр. Суд. не заслуживаетъ уваженія. Въ этомъ отношеніи изъ дѣла видно, что Аксентьевъ, предъявляя къ Безходарному искъ, просилъ о воспрещеніи ему раскапывать яму и объ оставленіи таковой въ единственную его, Аксентьева, пользу. Такимъ образомъ исковое требованіе Аксентьева, по существу своему, заключалось въ просьбѣ о постановленіи владѣнія его, нарушеннаго Безходарнымъ самовольнымъ вскрытіемъ ямы на его землѣ, почему на обязанности Мироваго Судьи и Съѣзда въ настоящемъ дѣлѣ лежало удостовѣриться, по представленнымъ сторонами доказательствамъ, лишь о томъ, у кого спорная яма находилась въ дѣйствительномъ владѣніи до предъявленія по сему предмету иска и затѣмъ постановить опредѣленіе о томъ, у кого спорное имущество должно во владѣніи оставаться. Разрѣшая этотъ единственно спорный въ предлежащемъ дѣлѣ вопросъ, Мировой Судья и Съѣздъ признали, что яма, о которой идетъ рѣчь, открыта на межѣ обоихъ тяжущихся и что по этому означенная яма, какъ находившаяся въ общемъ владѣніи обѣихъ сторонъ до предъявленія иска, должна также и послѣ этого оставаться въ общемъ ихъ пользованіи. Изъ сего очевидно, что рѣшенія Мироваго Судьи и Съѣзда вполнѣ соотвѣтствуютъ сущности заявленнаго Аксентьевымъ иска, а слѣдовательно не