204.—1872 года марта 9-го дня. По прошенію повѣреннаго дворянокъ: вдовы Маріи и дочерей ея Любови и Надежды Хасанъ, кандидата правъ Александра Егунова, объ отмѣнѣ рѣшеніи Одесской Судебной Палаты.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ Баронъ Н. Е. Торнау; докладывалъ дѣло Сенаторъ П. И. Саломонъ; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Н. П. Николаевъ).
Повѣренный дворянокъ вдовы Маріи и дочерей ея Любови и Надежды Хасанъ, кандидатъ правъ Егуновъ проситъ Правительствующій Сенатъ объ отмѣнѣ рѣшенія Одесской Судебной Палаты, присудившей взыскать съ нихъ въ пользу Коллежскаго Совѣтника Владиміра Михневича, по заемному письму, выданному 29 Іюля 1852 г. дворяниномъ Константиномъ и матерью его Екатериною Хасанъ въ займѣ у Титулярной Совѣтницы Екатерины Михневичъ 1,000 р. до востребованія, капитальную сумму съ процентами съ 25 Іюля 1858 г. до уравненія ихъ съ капиталомъ и проценты на всю сумму со дня предъявленія иска, т. е. съ 20 Апрѣля 1870 г.
По выслушаніи заключеніи Товарища Оберъ-Прокурора, Правительствующій Сенатъ нашелъ, что повѣренный вдовы Маріи и дочерей ея Любови и Надежды Хасанъ представляетъ въ жалобѣ своей три основанія къ отмѣнѣ рѣшенія Судебной Палаты: во 1-хъ) нарушеніе 706 ст. Уст. Гр. Суд. тѣмъ, что, разрѣшая претензію объ уплатѣ по заемному письму, Палата вошла въ разсмотрѣніе наслѣдственныхъ правъ и обязанностей отвѣтницъ Хасанъ и признала, что вдова и дочери умершаго Константина Хасанъ воспользовались оставшимся послѣ него наслѣдствомъ и вслѣдствіе того обязаны платить долги умершаго соразмѣрно наслѣдственной ихъ долѣ и отвѣтствовать, въ случаѣ недостатка имѣнія, даже собственнымъ капиталомъ и имуществомъ, тогда какъ напротивъ изъ вошедшихъ въ дѣло документовъ Палата могла усмотрѣть, что вдова Константина Хасанъ была лишь опекуншею надъ имѣніемъ своего мужа и не только не получила ничего изъ этого имѣнія въ свою пользу, но еще признала по рѣшенію Бессарабскаго Гражданскаго Суда 22-го Декабря 1865 г. кредиторшею своего мужа на 11,612 руб. 50 коп., а при сдачѣ опекунскихъ обязанностей въ 1869 г. передержала вновь изъ собственныхъ средствъ 4,029 руб. 70 коп., не воспользовавшись притомъ ни предоставленными опекунамъ по закону (284 ст. 1 ч. X т.) пятью процентами, ни вознагражденіемъ за издержки на ходатайство по дѣламъ своего мужа; во 2-хъ) неправильное толкованіе указа Правительствующаго Сената отъ 29 Мая 1868 г., которымъ претензія Михневича признана не подлежащею удовлетворенію по несоблюденію, въ предъявленіи оной ко взысканію, порядка, установленнаго въ 3, 66, 70, 1005 и 24 ст. 2 ч. X т. Св. Зак. Суд. Гр.; Судебная же Палата признала, что Михневичу въ искѣ по существу не было Сенатомъ отказано; въ 3-хъ) нарушеніе 213 ст. 2 ч. X т. и 1-го къ ней примѣч. и 1259 ст. 1 ч. X т., по продолж. 1863 г., тѣмъ, что Палата признала теченіе давности со времени выдачи заемнаго обязательства (въ 1852 г.) и смерти Екатерины и Константина Хасанъ (въ 1854 и 1856 г.) до предъявленія иска (въ 1870 г.) въ Окружномъ Судѣ, прерваннымъ постояннымъ,
22∗