974.—1871 года октября 20-го дня. По кассаціонной жалобѣ повѣреннаго священника Александра Руднева, Коллежскаго Регистратора Петра Мазура, на рѣшеніе Тимскаго Съѣзда Мировыхъ Судей.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ А. И. Войцеховичъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ А. М. Плавскій; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора А. Н. Сальковъ.)
Тимскій Мировой Съѣздъ разбиралъ дѣло по иску повѣреннаго священника Александра Руднева о взысканіи съ наслѣдниковъ помѣщицы Федосьи Поповой 150 рублей съ процентами и неустойкою, по крѣпостному заемному письму, выданному Поповою священнической женѣ Рыжковой, а отъ нея переданному Рудневу. При производствѣ сего дѣла и въ засѣданіи Мироваго Съѣзда повѣренный отвѣтчиковъ возражалъ противъ иска, между прочимъ, тѣмъ, что они послѣ Поповой никакого наслѣдства не получили; повѣренный же Руднева просилъ Съѣздъ принять во вниманіе и прочесть два имѣющіеся въ дѣлѣ документа, изъ которыхъ, по мнѣнію просителя, видно, что трое изъ отвѣтчиковъ воспользовались наслѣдствомъ послѣ Поповой. Мировой Съѣздъ нашелъ, что, на основаніи 81 ст. Уст. Гр. Суд., на истцѣ лежитъ обязанность доказать: во 1-хъ) правильность иска—что имъ представленнымъ заемнымъ письмомъ доказано, и во 2-хъ) правильность иска съ тѣхъ лицъ, противъ которыхъ онъ предъявленъ—въ доказательство чего повѣренный истца представилъ два свѣдѣнія, данныхъ повѣреннымъ отвѣтчиковъ Ста-
— 1589 —
новому Приставу. Свѣдѣнія эти не могутъ служить доказательствомъ того, что отвѣтчики приняли наслѣдство отъ векселедателя, ибо принятіемъ наслѣдства признается, когда наслѣдники не только ни отзыва о неплатежѣ долговъ не учинили, но когда они владѣли и пользовались имуществомъ въ личную прибыль и доходы съ него не сохранили (1261 ст. Х т. 1 ч.). На этомъ основаніи и имѣя въ виду, что только тѣ наслѣдники умершаго должны платить его долги, которые приняли его имущество (1259 ст.), Мировой Съѣздъ въ искѣ Рудневу отказалъ. Повѣренный Руднева проситъ объ отмѣнѣ рѣшенія Мироваго Съѣзда по слѣдующимъ основаніямъ: 1) проситель въ удостовереніе того, что отвѣтчики получили имущество послѣ Поповой, просилъ въ засѣданіи Съѣзда разсмотрѣть не только два свѣдѣнія, о которыхъ упоминается въ рѣшеніи Съѣзда, но и постановленіе Полицейскаго Управленія; Мировой же Съѣздъ не обратилъ никакого вниманія на этотъ послѣдній документъ и даже не упомянулъ о немъ въ протоколѣ, а между тѣмъ это постановленіе Полицейскаго Управленія подтверждало искъ просителя; 2) изъ числа бывшихъ въ засѣданіи Съѣзда Мировыхъ Судей при разбирательствѣ настоящаго дѣла, Судья Бобровскій замѣненъ Судьею Терлецкимъ, котораго ѣздилъ приглашать повѣренный противной стороны; тогда какъ отвода предъявлено не было и по вопросу объ устраненіи не выслушано заключенія Товарища Прокурора и не постановлено никакого опредѣленія; 3) въ рѣшеніи дѣла принималъ участіе Секретарь Съѣзда, что доказывается тѣмъ, что самая резолюція написана его рукою. По этому проситель считаетъ нарушенными 81, 129, 142, 181, 199 и 456 ст. Уст. Гр. Суд. и 3 ст. Х т. 2 ч. Въ рапортѣ Мироваго Съѣзда, при которомъ представлено настоящее дѣло, объясняется, что Почетный Мировой Судья Бобровскій устранилъ себя отъ разбора настоящаго дѣла, на основаніи 1 п. 195 ст. Уст. Гр. Суд., потому что состоитъ съ отвѣтчицею Смородскою въ 4 степени родства, затѣмъ присутствіе не соотвѣтствовало 55 ст. Учрежд. Суд. Установл., и, по распоряженію Предсѣдателя, приглашенъ находившійся въ городѣ Почетный Мировой Судья Терлецкій.
Правительствующій Сенатъ не находитъ въ кассаціонной жалобѣ Руднева законныхъ основаній къ отмѣнѣ рѣшенія Мироваго Съѣзда, потому что: 1) если Рудневъ дѣйствительно просилъ въ засѣданіи Съѣзда о прочтеніи опредѣленія Полицейскаго Управленія и въ этомъ не былъ удовлетворенъ, то онъ могъ просить о занесеніи сего въ протоколъ, или о дозволеніи ему подписать протоколъ и при этомъ отмѣтить о неразсмотрѣніи того документа, безъ чего жалоба его въ этомъ отношеніи представляется въ настоящее время не подтвержденною никакимъ доказательствомъ; 2) изъ рапорта Мироваго Съѣзда видно, что Мировой Судья Бобровскій самъ устранилъ себя отъ разбирательства настоящаго дѣла, а въ такомъ случаѣ Съѣзду не предстояло никакого по этому вопросу сужденія, не было надобности постановлять особое о томъ опредѣленіе и затѣмъ не нужно было и заключеніе Товарища Прокурора; 3) хотя по 700 ст. Уст. Гр. Суд., состоявшаяся по дѣлу резолюція излагается на письмѣ Предсѣдателемъ, въ настоящемъ же дѣлѣ резолюція написана рукою не Предсѣдателя и тѣмъ допущено нарушеніе указанной 700 статьи, но какъ Рудневъ не заявляетъ, чтобы означенная резолюція была