1052.— 1871 года ноября 4-го дня. По кассаціонной жалобѣ мѣщанина Алексѣя Щипалова на рѣшеніе Ростовскаго (Ярославской губерніи) Мироваго Съѣзда.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ А. Н. Войцеховичъ; доказывалъ дѣло Сенаторъ М. Ө. Гелла; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора Н. В. Граве.)
Мѣщанка Чебурахина заявила Мировому Судьѣ жалобу на мѣщанина Щипалова за стѣсненіе имъ въ ея пользованіи флигелемъ, который она построила на землѣ его и которымъ она, по заключенному между ними письменному условію, должна пользоваться по смерть свою. Щипаловъ опровергалъ искъ сей формальною купчею крѣпостью, по которой онъ купилъ у Чебурахиной землю съ выстроеннымъ на ней домомъ и прочимъ надворнымъ строеніемъ. Чебурахина условія о пользованіи флигелемъ не представила, но свидѣтели подтвердили показаніе ея касательно выстройки ею флигеля на землѣ Щипалова и права ея жить въ ономъ по смерть. Имѣя въ виду представленную Щипаловымъ купчую крѣпость, Мировой Судья опредѣлилъ: искъ Чебурахиной о стѣсненіи ея Щипаловымъ оставить безъ уваженія, признавъ за Щипаловымъ право на владѣніе спорнымъ флигелемъ. Въ апелляціи Чебурахина доказывала, что условіе о постройкѣ флигеля и пользованіи онымъ по смерть ея было заключено ею при свидѣтеляхъ и засвидѣтельствовано у нотаріуса; что условіе это осталось у Щипалова, а копіи съ него ей выдано не было; въ подтвержденіе своихъ правъ она представила фасадъ флигеля, выданный ей изъ Полицейскаго Управленія при постройкѣ онаго, и просила Съѣздъ рѣшеніе Мироваго Судьи отмѣнить и принадлежащій ей флигель утвердить за нею. Щипаловъ возражалъ, что истица не представила домашняго условія, на которое ссылается, ни въ подлинникѣ, ни въ выписи изъ нотаріальной книги, и что свидѣтельскія показанія о существѣ условія не могутъ быть допущены. При судоговореніи повѣренный истицы доказывалъ, что нотаріальнаго акта на владѣніе спорнымъ флигелемъ не существовало, а было только домашнее и ссылался на свидѣтелей. Съѣздъ допросилъ свидѣтелей и затѣмъ принялъ къ соображенію, что условія о дозволеніи Чебурахиной построить домъ на землѣ Щипалова при дѣлѣ нѣтъ, но Щипаловъ въ объясненіи своемъ не только не отвергаетъ существованія
— 1703 —
условія, но находитъ, что это условіе, какъ явленное у нотаріуса, исключаетъ возможность спроса свидѣтелей по этому дѣлу, между тѣмъ, если бы условіе это у нотаріуса явлено было, то Чебурахина бы, для подтвержденія своего иска, не приминула бы представить съ него копію, чего она, за розысканіями своими, все таки сдѣлать не могла. Вслѣдствіе чего Съѣзду представляется это дѣло въ слѣдующемъ видѣ: споръ идетъ не о недвижимомъ имуществѣ, владѣніе которымъ основано на актѣ, а о временномъ правѣ на пользованіе мѣстомъ и домомъ, на немъ построеннымъ; искъ основывается на заключенномъ условіи, которое совершено было домашнимъ порядкомъ безъ всякой явки, а за утвержденіемъ его свидѣтелями, почему спросъ свидѣтелей о сущности этого условія, за которою его, не будетъ противорѣчить ни 106 ни 409 ст. Уст. Гр. Суд. На основаніи этихъ соображеній Съѣздъ допустилъ спросъ свидѣтелей и по приводѣ ихъ къ присягѣ выяснилось, что по запродажѣ Щипалову дома и земли Чебурахиной, она, Чебурахина, заключила съ Щипаловымъ условіе домашнее, утвержденное тремя свидѣтелями Владиміровымъ, Матюринымъ и Козловымъ, о томъ, чтобы за продажу земли, дома и надворной постройки, ей, Чебурахиной, выстроить себѣ флигель на той же землѣ, жить въ немъ или владѣть имъ до ея смерти, а потомъ флигель подлежитъ сносу. При этомъ Съѣздъ не можетъ не обратить вниманія на то обстоятельство, что за существованіемъ условія, оказывается совершенно яснымъ, что, не купивъ земли, Щипаловъ не могъ дѣлать условія о дозволеніи постройки на этой землѣ, почему очевидно, что условіе и дозволеніе даны послѣ покупки дома и купчей крѣпостью отвергаемы быть не могутъ. На основаніи всѣхъ этихъ соображеній и согласно 129 и 102 ст. Уст. Гр. Суд. Мировой Съѣздъ опредѣлилъ: рѣшеніе Мироваго Судьи по этому дѣлу отмѣнить и признать за мѣщанкой Чебурахиной право пользованія спорнымъ флигелемъ до смерти ея, на землѣ проданной Щипалову, наслѣдники же ея, послѣ ея смерти должны домъ снести; судебныя издержки, на основаніи 133 ст. Уст. Гр. Суд., возложить на Щипалова, предоставивъ Чебурахиной отыскивать ихъ въ первой инстанціи. Мѣщанинъ Щипаловъ проситъ Правительствующій Сенатъ рѣшеніе Съѣзда отмѣнить по нарушенію 31, 129 и 131 ст. Уст. Гр. Суд. и 1692, 1545, 1697 и 2522, прилож. къ ст. 116 т. X ч. 1.
По выслушаніи заключенія Товарища Оберъ-Прокурора, Правительствующій Сенатъ находитъ, что противъ иска Чебурахиной о принадлежности ей флигеля, построеннаго на землѣ Щипалова, и правѣ пользованія ею симъ флигелемъ до смерти ея, на основаніи домашняго условія, котораго къ дѣлу не представлено, Щипаловъ возражалъ тѣмъ, что земля, на которой построенъ флигель, со всѣми постройками на ней, пріобрѣтена имъ отъ истицы по формальной купчей, и, слѣдовательно, истица въ искѣ своемъ оспаривала право Щипалова на владѣніе флигелемъ, которое Щипаловъ основывалъ на формальной купчей крѣпости, а дѣла этого рода, по 31 ст. Уст. Гр. Суд., не подсудны мировымъ учрежденіямъ. При томъ Съѣздъ, въ нарушеніе 409 ст. Уст. Гр. Суд., допустилъ свидѣтельскія показанія въ подтвержденіе сущности письменнаго домашняго акта, за которою его,
Грав. 1871 г.
108