1025.—1871 года октября 28-го дня. По кассаціонной жалобѣ почетнаго гражданина Григорія Цвѣта на рѣшеніе Черниговскаго Мироваго Съѣзда.
(Предсѣдательствовалъ Первоприсутствующій Сенаторъ А. И. Войцеховичъ; докладывалъ дѣло Сенаторъ П. Н. Даневскій; заключеніе давалъ Товарищъ Оберъ-Прокурора А. Н. Сальковъ.)
Почетный гражданинъ Цвѣтъ обратился къ Мировому Судьѣ съ просьбою о взысканіи съ Подполковника Рашевскаго 100 рублей, недоплаченныхъ за квартиру по словесному условію. Мировой Судья присудилъ эти деньги. Черниговскій Мировой Съѣздъ, разсматривавшій это дѣло по апелляціи Рашевскаго, нашелъ: что хотя по силѣ 1702 ст. X т. 1 ч. въ отношеніи найма квартиръ допускаются словесныя
— 1667 —
условія, и обязательныя отношенія сторонъ, возникающія изъ словеснаго договора найма квартиры, могутъ быть доказываемы свидѣтельскими показаніями, но такія обязательныя отношенія, доказательство которыхъ законъ допускаетъ свидѣтельскими показаніями, могутъ относиться только къ тому времени, въ продолженіи котораго наемникъ занимаетъ квартиру, а какъ Цѣвъ повсѣняетъ съ Рашевскаго деньги за квартиру за то время, въ которое Рашевскимъ квартиръ Цѣвъ не была занята, то доказательствомъ того, что дѣйствительно Рашевскій обязанъ заплатить Цѣвъ за квартиру до полнаго года, не могутъ быть приняты свидѣтельскія показанія, а не бездѣло письменныя доказательства, какихъ Цѣвъ не представилъ; представленное же имъ письмо Рашевскаго доказательствомъ тому служить не можетъ. Кровь того Цѣвъ не указалъ и свидѣтелей, въ подтвержденіе того обстоятельства, что по словесному условію, бывшему между нимъ и Рашевскимъ о наймѣ квартиры, и слѣдній обязанъ былъ платить деньги до полнаго года, если бы онъ и не весь годъ занималъ квартиру; а хотя невѣренный Цѣвъ при разборѣ дѣла въ Съѣздѣ заявилъ, что онъ къ подтвержденію того обстоятельства, что Рашевскій за квартиру Цѣвъ всегда платилъ за полгода впередъ, привелъ свидѣтеля, котораго просилъ допросить, но Съѣздъ принялъ допросъ такого свидѣтеля не могъ имъ служить доказательствомъ прописаннаго условія о платежѣ Рашевскимъ Цѣвъ повсѣняемыхъ денегъ, а потому и, на основаніи 81, 105 и 129 ст. Уст. Гр. Суд., опредѣлникъ рѣшеніе Мироваго Судья Седневскаго участка отмѣнить, а въ искѣ Цѣвъ отказать. Въ кассаціонной жалобѣ Цѣвъ просилъ отмѣнить означенное рѣшеніе Съѣзда по нарушенію 409 ст. Уст. Гр. Суд. и 1702 ст. т. X т. 1.
Выслушавъ заключеніе Товарища Оберъ-Прокурора, Правительствующій Сенатъ находитъ, что Цѣвъ нарушеніе приведенныхъ имъ статей закона ведетъ въ недопорсѣ Съѣздомъ выставленныхъ имъ свидѣтелей, такъ какъ, въ силу 1702 ст. X т. 1 ч., какъ городскихъ строѣй допускается и по словеснымъ договорамъ. Дѣйствительно, и тдѣ объ стороны признаютъ существованіе между ними словеснаго договора и утверждаютъ самое содержаніе всѣхъ постановленныхъ между ними условій, тогда судъ, по общему правилу, содержащемуся въ 112 ст. Уст. Гр. Суд., не можетъ отвергать собственнаго признанія тяжущихся и требовать дальнѣйшихъ доказательствъ. Но когда возникъ въ спорѣ о дѣйствительности словеснаго договора и о смыслѣ постановленныхъ въ ихъ условій и когда при этомъ, по самому свойству договора, законъ положительно указываетъ порядокъ его составленія, для признанія таковаго имѣя имъ силу безспорнаго доказательства (ст. 1534 п. 1 и ст. 1706 и 1761 т. X т. 1), тогда судъ уже не въ правѣ ни продавать словесному договору силу и значеніе, которыхъ онъ по закону не имѣетъ, ни обращаться къ свидѣтельскимъ показаніямъ для разъясненія его смысла. Посему въ наставленіи дѣлѣ, при возвышенѣ между Цѣвомъ и Рашевскимъ спорѣ о правѣ неуязвимъ на взысканіе 100 р. въ видѣ неустойки, за время, въ которое Рашевскій уже не жилъ болѣе въ домѣ Цѣвъ, Мировой Съѣздъ нисколько не нарушилъ приведенной имъ въ рѣшеніи 1702 ст. X т. 1 ч., равно и